Полное собрание сочинений. Том 3

3. Вы можете подумать, что существует ещё и такое метачувство, как смятение или замешательство. Кстати, смятение и замешательство – это, в общем-то, одно и тоже, просто слова разные, хотя далее я буду пользоваться именно смятением. Ведь действительно, мы достаточно часто попадаем в ситуацию смятения, т.е. в такую ситуацию, когда сознание не может адекватно и быстро отреагировать на поставленную задачу. Здесь наблюдается как бы стопор, «зависание», происходящее по причине отсутствия образа удовлетворяющего решению текущей задачи. Что это не чувство ясно как божий день; притянуть сюда подсознание – это ещё надо постараться. Но это и не метачувство. Это всего лишь неприятное состояние сознания, небольшое «подтормаживание», чувств же здесь никаких не возникает. Чтобы в этом убедиться, представьте себе такую ситуацию и попытайтесь затем разглядеть, что за чувство вы испытывали. Поверьте, никакого чувства вы не отыщите.

Единственное, что в такой ситуации можно почувствовать (и то далеко не всегда), так это страх. Но причина его не в самом стопоре, а в страхе перед последствиями нерешения задачи (в частности, перед пусть небольшим, но позором): задача не решается, следовательно, появляется образ нерешения, который, естественно, пересекается с образом «неспособен…». Этот образ, в свою очередь, имеет отрицательную ссылку на ВКП, ибо в противоположность образ «способен» есть, в частности, цель ВКП. Потому и возникает страх. Если же, кстати, человеку всё равно, что о нём подумают, то у него и страха не появится; вот вам ещё одно указание на исток в противоречии цели.

Таким образом, смятение – это не отдельное метачувство, а просто-напросто состояние сознания, не влекущее за собой никаких соответствующих метачувств. А раз это состояние («подтормаживание», «зависание»), то не гоже его рассматривать в главе посвящённой метачувствам. Да и вообще, забудем об этом.

Как видно из всего вышесказанного, с данными метачувствами сознание действительно не оперирует; они есть отражение (продукт) некоторых особенных взаимодействий между образами и/или приоритетами образов. Почему только такие метачувства – непонятно, ведь в сознании возможна целая куча различного рода ситуаций, которые, однако, чувственно никак себя не проявляют. Но в таком случае причины следует искать в физиологии, а не в психологии. Единственное, что я могу сказать: так получилось, таковы особенности физиологического проявления сознания. Но что такое (метачувства) есть и что оно обуславливается именно так, в этом никакого сомнения быть не может.