Пробуждение [ЛП]

— Может быть одна вещь, — возразил он.

Прежде чем я смогла потребовать ответа, он поймал мой подбородок пальцами и прижался своим ртом к моему.

Мое сердце замерло от удивления, когда его губы захватили мои, его язык прижался к моему рту и послал всплеск желания, затопивший мои конечности. Конечно, я знала, насколько он привлекателен; невозможно было не заметить его точеные черты лица или то, как его светлые волосы завивались крайне несовершенным образом.

Я должна была оттолкнуть его назад; он был одним из них. Но когда подняла руки к его груди с полным намерением оттолкнуть его, я обнаружила, что вместо этого мои пальцы блуждают по твердым равнинам его мышц.

Калеб издал звук удовлетворения глубоко в глубине своего горла, когда его руки переместились на мою талию, и он повел меня назад, пока мои бедра не уперлись в твердую линию стола.

Он легко поднял меня, раздвинув мои колени, чтобы он мог двигаться между моими ногами, и мое сердце заколотилось, когда доказательство его желания прижалось ко мне через ткань нашей одежды.

Я скользнула руками вокруг его шеи, притягивая его ближе, наслаждаясь его вкусом и исследуя кончиками пальцев его волосы.

Рука Калеба переместилась на мое колено, его большой палец скользнул по верху моих длинных гольф, прежде чем он начал подниматься вверх по бедру.

Мое дыхание сбилось, когда его пальцы скользнули под мою юбку, и я обхватила его другой ногой, подталкивая вперед.

Я не знала, ненавидела его или нет, но знала, что моя кровь кипела, и желание раскрывалось во мне, как крылья птицы. Он все еще собирался укусить меня, украсть часть моей силы для себя, но, возможно, это был ответ на мои чувства по этому поводу. По крайней мере, в этот раз я тоже могла бы кое-что у него получить.

Я почувствовала, как дерзкая улыбка украсила его губы под моими, и я зажала его нижнюю губу зубами, прикусив достаточно сильно, чтобы он удивленно отпрянул.

Калеб рассмеялся, оглядывая меня, его рука все еще была у меня под юбкой, когда он остановился в миллиметре от края моего нижнего белья. Я с любопытством посмотрела на него. Я не хотела, чтобы он останавливался, но мне было интересно, не было ли это просто еще одной из их извращенных игр.

— Почему? — спросила я с придыханием, нуждаясь в том, чтобы знать, что это не было какой-то заранее спланированной ерундой. — Ты можешь просто взять у меня то, что хочешь. Так зачем же целовать?

— Я могу забрать у тебя твою кровь и силу, — мрачно согласился он, когда его взгляд соскользнул с моего лица, чтобы блуждать по телу. — Но я желаю большего, чем это. И я Телец; когда мы задумываемся о чем-то, нас нелегко отвратить от этого.

Я слегка усмехнулась над этим. Мне все еще было трудно поверить во все аспекты звездного знака. Я догадывалась, что маленькая часть меня просто не могла полностью забыть те глупые предложения в ежедневных газетах, за которые цеплялось так много смертных в поисках утешения. Хотя мне, вероятно, следовало бы верить во все это, учитывая мое нынешнее положение.