Смог над Азерой

– Ясно. Так это от здешнего комта я должен тебя охранять?

– Милый Рекс, не бери в голову. Ничего такого ты не должен. Его дни сочтены. У Азеры вот-вот появится новый комт. А твоя задача всего лишь тщательно заботиться о моем теле. Очень-очень тщательно.

– Так и кто же из нас двоих таинственная личность, Эни? Бродяга, затравленный кредиторами, и спасающийся от них бегством на богом забытую планетку, или…

– Для ясности замнем. Кстати, ты не будешь возражать против имени «Тел»? Я имею в виду, чтобы я стала так тебя называть? Имя Рекс для телохранителя звучит как-то уж слишком… ну, я не знаю… вычурно, что ли. Да и тебе самому так удобней. В конце концов, чем меньше людей будет знать твое настоящее имя, тем лучше. Азера входит в сферу большой политики. Мало ли когда и с кем тебе придется столкнуться, я имею в виду, после наследства.

– Ты права. Так будет лучше. Кстати, Тел – это от слова телохранитель?

– Д-да… и вот еще что. Конечно, на сегодняшней тусовке мне ничего угрожать не может, но ты все же постарайся, прошу тебя, произвести там впечатление.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Рекс.

– Ты же профессиональный телохранитель с дрессированной крысой, и все такое, правильно? Ты просто обязан все проверить независимо от… ну, я не знаю, статуса хозяев, что ли?

– Ага, – сказал Рекс, – ага, понимаю. Как выражаются наши с тобою недавние товарищи по приключениям, требуется навести шмон. Положись на меня. Шмон будет.

Эни с Рексом уже направлялись к дверям, когда раздался мелодичный гонг инфора.

– Ну и в чем дело? – резко спросила Эни.

Ориентируясь по ее голосу, инфор включил над дверью виртуальный экран. На экране возникло бесстрастное лицо камердинера.

– Я услышал, что Вы вернулись, мадемуазель. – Я вынужден напомнить Вам, что Вы пропустили сеанс очередной коррекции фанта.

– Это терпит, – резко вскинулась Эни, но тут Рекс издал удивленное восклицание и, прямо скажем, не слишком вежливо отодвинул в сторону свою новую работодательницу.

– Бог мой, кого я вижу, – сказал он. – Какая радостная встреча. Если я не ошибаюсь, это Вы были моим гостем той незабываемой ночью на гидропонном? Не правда ли? Вы еще очень пылко объяснялись мне в любви и объясняли своему окружению, что я Ваш, только и исключительно Ваш, и ничей больше.

В глазах у камердинера на секунду мелькнуло паническое выражение, но он тотчас же взял себя в руки, и лицо его стало по-прежнему бесстрастным.

– Что? – поразилась Эни. – Вы еще и гомосексуалист, милейший Кам? В самом деле?

– Боюсь, что Ваш гость ошибается, мадемуазель. Лично я вижу его в первый раз в жизни.

– Что Вы такое несете, Кам? Мы видели его вместе с Вами в кафе на гидропонном.

– Я имею в виду, что не имею чести быть с ним знакомым, – возразил камердинер.