Невеста снежного лорда
- Автор: Миш Виктория
- Серия: Мир "Иманис" #1
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Невеста снежного лорда». Краткое содержание книги:
ПОДПИСАТЬСЯ НА АВТОРА
Ведьмы ковали золотую клетку, в которой беззвучно билась леди Роуз. Она высовывала язык, шипела и кряхтела, но не могла достать ведьм — клетка не пропускала ни ее острых когтей, ни длинного языка.
Меж тем я поняла, что силы были равны. И это противостояние может занять чертову уйму времени.
Что же делать? Как помочь друзьям?
И тогда меня осенило:
— Огни! Подожди меня!
Я обежала дерущиеся парочки и подошла к ведьмам.
— Что вы с ней делаете? Убиваете?
— О нет! Твой сказал оставить в этом облике, — отозвалась Ада. — Мы только блокируем ее. Крик, способности… Чтобы потом допросить. Королевское поручение.
Ах вот как! Теперь ясно, почему леди Роуз стала напоминать рыбу — открывает рот, а не слышно ничего…
— Вы что-нибудь знаете об обучающем камне?
— О чем? — ведьмы, не отрываясь от клетки, покачали головами. — Нет, не слышали.
— Ясно. Артур его ищет для короля. Так что не убивайте ее. Она единственное существо, которое знает, где камень.
— Думаешь, скажет? — с сомнением поинтересовалась Огни.
Громкий крик прервал наш разговор. Кричала Хелеса — в ее грудь со всей силы вонзил меч Лёкс. Эльфийка осела на пол и, рвано дыша, смотрела в лицо брату.
— Прикончишь?.. Или пощадишь? — с ненавистью прохрипела она.
И сделала попытку засмеяться. Но получился новый хрип и надрывный кашель.
В ужасе я видела, что рана смертельная. Вокруг тела Хелесы сгущалась тьма. Краски жизни покидали ее с каждой секундой, что меч пронзал ее грудь.
Лицо побледнело, а пот, выступивший на лбу, сверкал, как россыпь бриллиантов.
— После смерти моей матери моли прощение у богов! — безэмоционально проговорил Лёкс, но я физически чувствовала, как трудно ему дались эти слова.
Как и следующее движение.
Затаив дыхание, он решился. Еще глубже всадил меч и сказал едва слышно:
— За мать. Умри, тварь!
— Аааа!!! — закричала Хелеса, и ее крик отскакивал от стен и удваивался эхом.
Она завалилась набок.
«Смерть! Смерть! Смерть!» — стучало в моих висках, и глаза окончательно заволокла кровавая дымка.
— Аааа! — кричала от боли я.
Вторила Хелесе, как вторит тот, кто разделяет твою боль.
Я чувствовала ее, как свою собственную. Невыносимую, режущую боль, пронзающую легкие, заставляющую окончательно прощаться с жизнью.
Такой всплеск силы я не могла перенести на ногах. Обморок пришел, как долгожданное спасение.
Глава 40
«Любовь — все, что у нас есть, чтобы помочь другому».
Платон
В сознание я вернулась рывком. Сделала вдох и распахнула глаза.
Надо мной был белый потолок. Запах свежести помог успокоиться и внимательнее разглядеть пространство вокруг…
В комнате царило утро, судя по солнечным бликам, раскрасившим стену напротив.
Меня ничуть не удивили подключенные приборы, кислородная маска на лице и больничная палата. Самая обычная, с гладкими крашеными стенами и довольно свежим ремонтом. С висящим на стене телевизором и пультом на полочке.
Вошла медсестра. Приветливо улыбнулась и спросила о моем самочувствии.
Я промычала в маску что-то нечленораздельное, медсестра мне кивнула, будто поняла. Достала шприц, ввела укол в катетер на руке и попросила не нервничать.
— Отдыхай, бедняжка! Хочешь, телевизор включу? Антенну вчера починили, три канала работает!
Я кивнула, и женщина даже помогла мне подтянуться и сесть. Она переставила капельницу поближе к изголовью и вышла за доктором.
Пока она где-то ходила, я успела посмотреть несколько сцен неизвестного американского фильма и снова заснуть.
Следующее пробуждение случилось к обеду. Доктор повторно осмотрел меня, теперь уже бодрствующую, и прописал постельный режим на несколько дней.
К вечеру приехала мама и долго плакала, сидя на стуле у моей кровати. Ни о чем не спрашивала, только просила не нервничать и поправляться. А еще рассказала, что сестра с Динкой уехали жить в другой город. И вообще, племянницу словно подменили.
— Такой чистюлей стала, ты не поверишь! Даже готовить научилась по интернету. Каждые выходные печет булочки… Хочет тебя угостить. Ждет, когда ты вернешься из своего университета…
Тут мама запнулась и снова расплакалась. Стала болтать какую-то чушь про погоду, про раннюю весну и что почки уже набухли.
— К восьмому марта, глядишь, и листочки появятся! — бормотала она.
А я кивала в ответ. Листочки — это хорошо. И весна — хорошо! Всяко лучше зимы и холода. Почему-то воспоминание о зиме вызывало нервную дрожь и беспокойство.
Я была благодарна маме, что она ни о чем не расспрашивала. В кои-то веки проявила деликатность. Потому что сколько ни напрягала память, а вспомнить, почему я оказалась в больнице, не получалось.