Вик Разрушитель 2

Оставался нераскрытым один лишь вопрос: насколько силен юный маг, и как теперь относиться к Булгаковым, ставшим опекунами сироты с невероятным Даром? Означало ли это приближение сильного клана к трону императора, и насколько проблемной станет жизнь их соперников?

Впрочем, никто из офицеров особо не волновался на этот счет. Они все находились на государевой службе и принесли клятву лично императору, а значит, и России. Аристократические склоки их мало задевали. Ясно же было одно: их полку скоро прибудет. Мальчишка-сирота уже попал под неусыпный контроль Его Величества, а значит, рано или поздно его ждет карьера офицера, а там и потомственное дворянство в пику чересчур нахальным аристо, забывшим о своем долге нести пользу стране, в которой живут.

— Господа, — Мстиславский привстал, опираясь кулаками о стол. — Время дорого. Прошу провести доведенные до вас мероприятия в кратчайшие сроки. Если будет что-то известно, сей же час извещать меня по прямому каналу. Факира желательно поймать живым. Наших доморощенных высокородных, буде они замешаны в сношениях с данным персонажем, не тревожить пока и вести аккуратно, выявляя все связи. Засим все, прошу заняться своими делами!

3

Как интересно наблюдать за построением причудливых цветных фигурок, как в калейдоскопе. Чья-то невидимая рука встряхивает передо мной пространство, и оно с легким шуршанием витражным осколков перемещается по горизонтали и вертикали, пока не замирает в новой позиции. Вот слон с изломанным хоботом, печально глядящий изумрудным глазом куда-то в даль; а вот бабочка с треугольными крыльями застыла в полете; а вот странные клочки красно-зелено-синего цвета как снежинки медленно опадают вниз, вызывая чувство тошноты.

Эти спазмы и вырывают меня из странного мира, заставляют сгибаться и судорожно искать тазик. Но ничего не происходит, и я обессиленно опускаю голову на подушку и тянусь к стакану с водой чтобы смыть привкус желчи во рту. Интересно, кто его наполняет? Последний раз, точно помню, я осушил стакан полностью и провалился в глубокий сон. Вода успела нагреться, значит, спал долго.

Закрыв глаза, пытаюсь проанализировать, что же произошло вчера… или сколько я нахожусь в больнице? Белые стены помещения, какая-то попискивающая аппаратура, казенный плафон молочного цвета — явно это не комната в доме Булгаковых. Или я опять у Назаровых? Нет, такая вероятность ничтожно мала.

Что произошло-то? Помню, как на меня летели чертовы кляксы, отдающие жутким холодом. Я ощущал их невероятную мощь, и в испуге, что антимагия не справится, выставил вперед руки, поздно осознав, какую глупость совершил. В гостевой ложе находилось больше десятка человек, обладающих нешуточным магическим потенциалом, так что себя-то они могли оградить от серьезных последствий надвигающейся опасности.

Меня нешуточно тряхнуло, когда яростная невидимая мощь, порожденная заполыхавшей в солнечном сплетении искрой, сформировала защитное поле и грубо разорвала все нити плетений, которые мне удалось заметить в дрожащих убийственных кляксах. Да, так и было. Каждая магема несла в себе смерть, причудливо сплетенную из разнообразных магических заклинаний. Я видел своими глазами: сеточки, завитушки, закорючки — все эти невероятные по сложности исполнения узоры чья-то талантливая рука соединила в одну-единственную формулу уничтожения. Касание, взрыв, смерть. Вот что ожидало застывших за моей спиной Ягеллонов. Но я не о них думал, а о пигалице с неугомонным характером и волосами, отливающими медью. Допустить гибель княжны Лиды я не мог.