Защитник рода. Том 1 и 2

— Что за хрень?

— Ну-ка, — отодвинув меня в сторону, девчонка подошла к парню и стала вливать в него свою энергию.

Пусть и с потерями, все же канала связи, как когда-то был между мной и ей, здесь не было, но все же Свете удалось «зарядить» Леху. Я смотрел и не верил своим глазам. Как так-то? Ведь все, что я знал раньше, говорило о невозможности ничего подобного!

— Уф, — получив толику светлой энергии, улыбнулся парень. — Спасибо. Как же я вам благодарен!

— Не за что, — напряженно ответила Света. — Лучше расскажи, что это на тебе был за символ и как он у тебя появился?

— Я не знаю, — растерянно произнес Леха.

— Ты помнишь, как умер? — спросил я.

— Да, — тот смущенно потер шею. — Глупо получилось. Пришел после клуба домой, стал раздеваться и ноги не удержали. Запутался и упал.

— А как табурет на боку оказался? Из-за которого ты себе шею сломал?

— Да я сам же его при падении и задел, — еще больше смутился парень. — Пытался хоть за что-то зацепиться, вот и… Сам не понял, как получилось. Даже не сразу осознал, что я уже умер.

— Что же тебя держит здесь? — подозрительно прищурилась Света.

— Э-э-э? — маловразумительно протянул Леха, не поняв вопроса.

— От какого предмета ты отойти не можешь, чтобы не начать проваливаться, — пояснил ему я.

— Так от табурета этого проклятого и не могу, — махнул рукой в сторону кухонного гарнитура он.

Там действительно стояло три табурета выполненных в том же стиле, что и сам гарнитур. Дальнейшие расспросы показали, что парень никогда злым не был, но после смерти на него стало «накатывать». Он стал часто злиться и обижаться — почему это он умер, а остальные живут. Стал пытаться сделать вред соседям. Заметил, что когда злится на них и касается при этом, то те начинают или сами злиться и ссориться с родными, или с ними что-нибудь случается. Но после каждого раза злость в Лехе чуть притупляется, а сам он становится «чуточку плотнее». Правда следом идет раскаяние от совершенного, и парень убегает обратно к себе в квартиру. После чего занимается самобичеванием до тех пор, пока сидящий внутри червячок злости вновь не напомнит о себе и не подтолкнет на новый «поход». И с каждым разом противостоять ему было все сложнее и сложнее.

— Что скажешь? — обратился я к Свете, когда мы отошли от Лехи чуть в сторону, оставив его на Артема, который продолжил допрос, уточняя — когда, где и кого он касался и устраивал «веселую» жизнь.

— Такое чувство, что кто-то пытается сделать из светлого духа темного, — неуверенно ответила девчонка.

— И у меня сложилось такое же впечатление. Но кто? И как? Тем символом?

— Вполне возможно. Вот только… — Света задумалась на пару минут. Я ей не мешал, ожидая ответа. — Вот только я не знаю этот символ и не слышала, чтобы кто-то так делал.

— Но это возможно?

— Ты ведь сам недавно чуть не начал переход, — напомнила мне она.

— Ну да. Да и если про Кострому вспомнить… Но раньше так не делали, я правильно тебя понял?