Валдар Много-раз-рожденный

Мы вернулись в Ньюкасл, подгоняемые одной-единственной мыслью в страдающих сердцах: вырвать наших любимых из рук «донов», пока еще не поздно, или отомстить за них так, что об этом можно было бы рассказывать много дней, если бы вообще кто-нибудь останется, чтобы рассказывать.

Наши два судна, как можно догадаться, никак не годились для этого дела. Но, как я сказал себе в старой языческой манере, боги были благосклонны к нам в час нашей беды, потому что, вернувшись в Ньюкасл, мы нашли прекрасный новый корабль, только что спущенный на воду и готовый к выходу в море – замечательный фрегат водоизмещением около 800 тонн, построенный для каперства в Испанской Америке.

Деньги тогда, как и в наши дни, могли творить чудеса, и мы тратили их не скупясь. Порох и ядра, провизия и вода загружались на борт как по волшебству, пока от киля до люков «Безжалостный», как мы переименовали корабль в своем горьком гневе, не наполнился, и через два дня после высадки мы спустились по реке и снова вышли в море вслед за удирающими испанцами.

Четыре дня и четыре ночи мы держали путь на север, мчась по длинному зеленому морю, пока утром пятого дня не увидели галеас, идущий под парусами и веслами, наполовину затопленный, с рваными парусами и спутанным такелажем. Теперь нас не сдерживала осторожная тактика, и приказы адмирала не обуздывали нашу горячую, яростную ненависть. Это были испанцы, и нам этого было достаточно.

Мы делали четыре фута хода против их одного, так что мы поставили более легкие паруса и, едва задав курс, мы уже врезались в них без единого слова предупреждения, разбив в щепки весельную скамью правого борта.

Дула наших пушек почти касались их бортов, и когда мы дали бортовой залп, он едва не перевернул галеас, несмотря на его размеры, словно на него обрушился удар урагана, а затем мы отдали команду на абордаж. Одетый в старую несравненную кольчугу, которая выдержала столько сражений, начиная с Ниневии, и с моим дорогим старым мечом, крепко зажатым в правой руке, я был первым на палубе, Филип следом за мной, а за ним сотня наших доблестных англичан.

Испанцы с ужасом уставились на нас, думая, что Эль Драке снова напал на них в каком-то новом обличье, но мы не дали им времени остановиться или удивиться, а набросились на них с пулями и сталью и с такой жестокой яростью, что измученные штормом и полуголодные эти несчастные бежали, как испуганные овцы; и не прошло и десяти минут, как я схватил капитана за горло и под угрозой расколоть череп приказал рассказать, знает ли он что-нибудь о тех, кого мы ищем.

Он поклялся всеми святыми, что не знает ничего, кроме того, что остатки Армады находятся в полудне плавания впереди, направляясь к Пентлендскому проходу [40]. Нам пришлось этим довольствоваться, поэтому мы забрали с собой все драгоценности, порох и ядра, которые могли нам пригодиться, и оставили его тонуть или плыть, как позволят ветер и волны.