В аду любят погорячее

Присыпанные желтым песком дорожки будто запутывались под ногами, связываясь узлами и расходясь в стороны. Прямо из зелени выплывали то очередные горки, то увитые лозой беседки, то киоски с вином. По ощущениям, я обошел уже полпарка, но нигде не мог найти своих. Одинаковые мраморные фонтанчики сбивали с толку еще больше, не позволяя с точностью сказать, был я в этом уголке или только забрел сюда. Как назло на пути не попадалось ни одной карты. Место уже напоминало лабиринт, где можно заблудиться и остаться навсегда — потому что где выход, я тоже уже не знал. Время от времени желтизну дорожек разбавляли использованные презики, а на скамейках валялись не менее использованные парни, от одного взгляда на которых усталость накатывала еще сильнее. Ноги заплетались, а в штанах уже словно хлюпало. Обрадовавшись ближайшему туалету, я направился туда стягивать резинку, пока она не свалилась сама.

Приведя себя в порядок, я вымыл руки и замер, заметив странный значок на последней кабинке в ряду — как раз у стены, соединяющей мужской и женский туалеты. В белоснежном кружке расположились два черных символьных человечка — причем один нагибал другого в совершенно однозначной позе. Сверху, будто давая пояснения, была надпись — “мэтч-кабинка”. Это как тиндер в реале, что ли? Заинтригованный, я потянул дверь, и та со скрипом отворилась. На другой стене кабинки тоже была дверь, образуя своеобразный туннель между мужской и женской половинами туалета. И как это работает? Он заходит, она заходит, нравятся друг другу — трахаются, нет — выходят обратно? Внутри самой кабинки было пусто — лишь кондомат на самой дальней стене и небольшая полочка рядом, куда бы отлично поместились чьи-нибудь бедра. Саше бы это местечко точно понравилось, но сейчас даже думать об этом не было сил.