Запрещенные друг другу

Кто знает, возможно, Осинской не хватало именно таких эмоций: чтобы с адреналином, по лезвию ножа. Когда и хочется, и колется. Когда само понятие «измена» настолько будоражит воображение и зажигает кровь, что напрочь отключает тормоза. Вдруг она именно такая? Он же нихрена о ней не знал! Может, после секса с ним, её жизнь приобрела другой оттенок? Стала более насыщенной, раскрепощенной. А что? Всё может быть. Зарядилась эмоциями и вперёд к мужу в серые будни. Помыкается с ним, поскучает, и опять к Валу за поутихшим адреналином.

Ни за что не поверит, будто у неё не нашлось времени написать сообщение. Человек, каким бы занятым не был, и как бы ни боялся попасться с поличным, всё равно нашел бы минутку для такого дела, тем более, что муженек-то в командировке. Какие вообще проблемы?

Правда, сколько не пытался придраться к Юле, выставляя её в невыгодном свете, а всё равно было не по себе. Ну не могла его интуиция сыграть с ним настолько жестко. Просто не могла. Поэтому, наплевав на последствия, позвонил сам. Будь что будет. Неизвестность убивала хуже раковых клеток и жить в таком состоянии раздражало больше всего.

Но когда вместо ожидаемых гудков его ушей коснулась оглушающая тишина — тогда и понял, что это не он трахал — это его вы*бали. Умело. Профессионально. Можно сказать, со вкусом.

И такое, с*ка, чувство противное разлилось на языке, что ни один лимон не сможет его перебить. Ни одна Анжелика не справится. Сколько не перебирал воспоминания, в надежде отыскать хоть какой-то намек на проявление чувств — так и не смог припомнить. Он готов был набраться терпения и выждать тот нужный момент, когда любимая женщина поверит в него настолько, что храбро уйдет из семьи, выбрав его любовь. Но с умом ждать. С обратной связью. Когда не исчезают на несколько дней без единого слова. И если Осинская думала, что будет приходить к нему раз в квартал, спариваться, а потом исчезать на несколько месяцев, ожидая следующей командировки своего благоверного, то она глубоко заблуждалась.