За все надо платить (СИ)

— Нет, ты ошибаешься, — тихо сказала Маруся. — Мама всегда меня ругала, а с папой они никогда не могли поговорить спокойно. Знаешь, как они кричали друг на друга? — пожаловалась девочка.

— Солнышко, так у всех бывает. — Геля взяла руки сестры в свои ладони. — В каждой семье случаются ссоры, недопонимания. И люди ругаются.

— Не в каждой. — Возразила Маруся и с отчаянием посмотрела на сестру. — Я видела, как относятся папы друзей к их мамам. Никто из них не кричит, не обзывается плохими словами. Они вместе проводят выходные, ездят в отпуск.

Что можно сказать, чтобы утешить Марусю? Ей не повезло с обстановкой в доме. Виктор и Анна, являющиеся родителями девочки, совершенно забыли о том, что они живут не одни.

Что их дочь как губка впитывает негативную обстановку, что, в конце концов, она ищет причину происходящего в себе, а не в родителях, которые виновны в этом. Самой Ангелине повезло гораздо больше, Виктор Набутов живя с её мамой, был совсем другим. Любящий отец, муж, который не позволял себе даже голос повысить в присутствии ребёнка, часто проводил время с семьей, баловал их. А закончив очередной проект, устраивал праздник для жены и дочери. Вспомнив все эти счастливые моменты своего детства, Геля пожалела сестру, которой так не повезло. Анна не смогла стать любящей матерью, женой. Её удел быть любовницей и только. Если бы Анна думала о дочери, обстановка в доме была бы другой, женщина прежде всего должна думать о благополучии своих детей. А Анна не справилась с этим, да и будущее женщины незавидно — изолятор, суд, колония, после которой её никто не будет ждать. Набутов устроит свою судьбу, ему не привыкать. Маруся отвыкнет за это время, а если узнает, что мать преступница, вообще может стыдиться её.

— Геля, можно я буду часто приезжать к тебе? — голос сестры отвлек Соболевскую.

— Можно, только надо будет спросить разрешения у отца. — Споткнулась девушка на последнем слове. Давно уже она не называла Набутова отцом. Даже мысленно.

Цветков вошел в склад и направился на приглушенные голоса.

— Вот вы где, — мужчина встал перед пленницами, которые обнявшись, сидели на ящиках. Дочери Набутова были невероятно похожи между собой. Вглядевшись внимательно в лицо Соболевский, мужчина заметил синяк и разбитый лоб.

— Та-а-а-а-к, — с недовольством протянул Цветков и обернулся к похитителям. — Что это такое? — грозно спросил он у них. — Я же говорил, чтобы никакого рукоприкладства. Почему вы ослушались?

Вяткин повернулся к подчиненным.

— Хмурый, в чем дело? Я же приказал не трогать их! — двинулся к ним помощник Цветкова.

— Успокойся, Костя. — Властно приказал Цветков. — Потом разберешься со своими бойцами. — Повернувшись к пленницам, мужчина продолжил. — У меня к вам серьёзный разговор, госпожа Соболевская. Давайте отойдем в сторону. — Махнул рукой в сторону Цветков, приглашая Ангелину за собой.

— Я не оставлю сестру с вашими подручными. — Смело взглянула в глаза Цветкова Ангелина.

— Они ничего больше вам не сделают. — Пообещал девушке Цветков.

— Я вам не верю. — Усмехнулась Ангелина. Эта показная смелость давалась ей не легко, внутри у Гели все дрожало от страха. — Со мной они видите, как обошлись? — девушка указала на отметины, оставленные похитителями на лице.

— Я вам обещаю, они больше никого не тронут! — Грозно рявкнул Цветков, обводя взглядом помощника и похитителей. — Идемте.

Ангелина направилась следом, с опаской глядя на троих мужчин. Отойдя на несколько метров, мужчина остановился и повернулся к пленнице, молча разглядывая ту.

— Что вам от меня нужно? — прямо спросила Ангелина. — И кто вы такой?

— Кто я — не имеет значения, — быстро ответил мужчина. — А нужны мне ваши акции, Ангелина Викторовна.

— Акции? — изумилась девушка. Она и подумать не могла, что этот человек может заинтересоваться ими. Неужели из-за них её и похитили, а Маруся просто попалась им под руку?

— Акции, акции, — Цветков был серьезен. — Не стоило вам вмешиваться в дела отца.

— И ваши тоже? — уточнила Ангелина, думая как же выпутаться из этой непростой ситуации.

— И мои тоже. — Подтвердил Цветков мысли Соболевской. Дочь Набутова не так проста, как он думал. — Мы с вашим отцом вели совместные дела, Ангелина Викторовна. И вполне успешно.

— Вы так думаете? — Ангелина прищурилась. — То-то я заметила, что у компании стала падать прибыль и уходить выгодные контракты. О каких успешных делах вы ведете речь? — девушка следила за лицом мужчины, который так и не представился. Он выглядел недовольным, слова пленницы не нравились ему.

— Это вас не должно касаться! — отрезал Цветков. Смелость этой девчонки вызывала у него злость.

— Это почему же? — справедливо удивилась Ангелина. — Часть акций принадлежит нам с мамой. Господин Набутов почему-то решил, что он единолично может распоряжаться компанией, но ошибся. А раз я в теме, то меня не может не волновать, что дела «Дальстроя» ухудшились.

— Послушайте, — раздраженно ответил Цветков, — передайте мне акции и мы разойдемся в разные стороны.

Брови Гели взметнулись вверх:

— Вы считаете меня такой наивной? С чего мне верить вам? Вы похитили нас с Марусей, чтобы добиться своего, и нет гарантии, что выпустите нас отсюда.

— Выпущу! — сквозь зубы процедил Цветков. Мысли девчонки верны, но зачем говорить об этом сейчас.