Сочинения в 3-х тт. Том 3
- Автор: Саймак Клиффорд Д.
- Серия: Саймак. Сочинения в 3-х томах #3
- Год: 1999
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА—Книжный клуб
- ISBN: 5-300-02694-8 (т. 3), 5-300-02691-3
- Переводчик: Нора Галь
- Жанр: Научная фантастика
Электронная книга - «Сочинения в 3-х тт. Том 3». Краткое содержание книги:
В третий том Сочинений включен роман «Всякая плоть — трава» в переводе Норы Галь, который ранее выходил под названием «Все живое», а также романы «Зловещий кратер Тихо», «Принцип оборотня», повести и рассказы «Разведка», «Кто там, в толще скал?» и др.
— Кстати, совсем забыла, — сказала Элин. — Мама звонила. Сегодня вечером ее не^будет дома. Она прослышала о грозе и решила остаться в Нью-Йорке.
— Прекрасно, — проворчал сенатор. — В такую ночь лучше не путешествовать. Как ей понравился Лондон? Она что-нибудь говорила?
— Она в восторге от спектакля.
— Мюзик-холл, — пояснил сенатор Блейку. — Возрождение древнего развлечения. Очень примитивного, по-моему. Жена прямо больна им. Она у нас человек с претензией на тонкий художественный вкус.
— Какие ужасы ты говоришь! — воскликнула Элин.
— Ничуть не бывало, — ответил сенатор. — Это правда. Однако вернемся к биоинженерии. Может быть, у вас есть на сей счет какое-то мнение, мистер Блейк?
— Нет, вряд ли, — ответил Блейк. — По-моему, я несколько утратил связь с ходом вещей.
— Утратили связь? Да, так и должно было случиться. Эта шумиха вокруг звезд. Теперь я вспоминаю. Вы были в капсуле, и вас нашли какие-то шахтеры с астероидов. В какой системе?
— В окрестностях Антареса. Маленькая звезда, безымянная, только с номером. Но я ничего этого не помню. Меня не оживляли, пока не привезли в Вашингтон.
— И вы ничего не помните?
— Ничегошеньки, — ответил Блейк. — Моя сознательная жизнь началась меньше месяца назад. Я не знаю ни кто я такой, ни…
— Но у вас есть имя.
— Просто удобства ради, — сказал Блейк. — Я сам его себе выбрал. Джон Смит тоже сгодилось бы. Должен же человек иметь какое-то имя.
— Однако, насколько я помню, какие-то подспудные знания у вас были.
— Да, в том-то и странность. Я знал о Земле, о ее народе, о его обычаях, но во многих отношениях я безнадежно отстал от жизни. Я не перестаю удивляться. Я спотыкаюсь о незнакомые традиции, верования, слова.
— Не надо об этом, — тихо сказала Элин. — Мы не хотим показаться излишне любопытными.
— Ничего, — ответил Блейк. — Я смирился с этим положением вещей. Я попал в странную обстановку, но когда-нибудь, возможно, узнаю все. Может быть, вспомню, кто я такой, где и когда родился, что случилось там, в космосе. А пока, как вы понимаете, я здорово озадачен. Однако здесь все проявили такт, мне подарили жилище. Меня не беспокоят. Дом в маленькой деревушке…
— В деревушке? — спросил сенатор. — Я полагаю, он где-то неподалеку?
— Даже и не знаю, — ответил Блейк. — Со мной произошло нечто странное. Я не знаю, где нахожусь. А деревня называется Мидлтон.
— Это рядом, в долине, — сказал сенатор. — Отсюда и пяти миль не будет. Похоже, мы соседи.
— Я вышел прогуляться после обеда, — рассказал им Блейк. — И смотрел на горы из внутреннего дворика. Близилась гроза. Огромные черные тучи и молнии, но до них было еще порядочно далеко. А потом я вдруг оказался на холме за ручьем, напротив вашего дома. Шел дождь, и я насквозь промок.
Он умолк и осторожно установил свой бокал с коньяком на каменную плиту под очагом. Он посмотрел сначала на отца, потом на дочь.
— Вот так все и было, — добавил Блейк. — Я знаю, это звучит дико…
— Это звучит как нечто совершенно невероятное, — ответил сенатор.
— По-видимому, да, — согласился Блейк. — Причем дело не только в пространстве, но и во времени тоже. Я не просто очутился в нескольких милях от места, где стоял. Когда я вышел во дворик, только-только начинало смеркаться, а теперь уже ночь.
— Мне очень жаль, что этот болван-охранник ослепил вас фонарем. Должно быть, оказаться здесь уже было достаточным потрясением. Я не просил охраны. Я даже не хочу иметь ее. Но Женева требует, чтобы ко всем сенаторам была приставлена стража. Почему — я толком и не знаю. Уверен, что в мире нет кровожадных людей. Наконец-то Земля стала цивилизованной, по крайней мере, отчасти. Хотя на это ушли долгие годы.
— Но из-за этого биоинженерного вопроса страсти тут накалились, — сказала Элин.
— Он привел лишь к более решительной политике, — возразил сенатор. — И нет никаких причин…
— Есть, — ответила она, — есть. Все эти фанатики, почитающие Библию, все эти заклятые ретрограды и рутинеры ополчились против биоинженерии.
Она повернулась к Блейку.
— Известно ли вам, что сенатор, который живет в доме, построенном триста лет назад, и кичится тем, что в нем нет ни единого технического новшества…
— А повар? — перебил сенатор. — Ты забываешь о поваре.
Она пропустила его слова мимо ушей.
— …и кичится тем, что в доме нет ни единого технического новшества, связался с шайкой сумасбродов, с архипрогрессивистами, сторонниками далеко идущих преобразований?