Некроманты Поляриса. Дилогия [Компиляция]

– Азра предал Августу, и принцесса погибла, – где‑то совсем далеко‑далеко шептал Рез. – Об этом узнали ее братья и обрушились на материк. И также стало известно, что это ртути уничтожали вечных. Ртутям оказалось мало власти над душами, они хотели править всем. Вечные стали первым препятствием на пути к абсолютной власти, следующими были мы, даркины. Наши воины сломали стены и проложили кровавый путь до Старограда. Именно там, подобно трусливым крысам, прятались ртути. И мы с ними расквитались.

Пальцы Реза умело уводили мысли в сторону и подводили к томному чувству бесконечного оргазма.

Ах ты так, да?

Ладно. Я тоже умею играть в эту игру.

Ну, наверное, умею.

Но точно попробую!

– Даркины основали трех поверенных магов, дав им мощный артефакт, слуг и новое имя – Праймус. Ты знала, что Праймус переводится как «первый»?

Откинувшись назад, я обхватила одной рукой мускулистую шею стоящего сзади мужчины, а вторую сунула за спину и сжала крепкий аргумент в пользу моей невероятной привлекательности.

– Первый некромант‑на‑стене, первый некромант‑в‑башне, первый некромант‑при‑дворе? – невинно уточнила я, дразня коварного соблазнителя.

Чтоб жизнь медом не казалась. Да‑да.

Даркин глухо застонал и уткнулся в мое плечо лбом.

– Коварная птичка, – глухо выдохнул он, разворачивая голову и находя мои губы своими.

– Коварный даркин, – не смолчала я.

На этом мы сошлись во мнениях и сконцентрировались на стонах и взаимном желании быть друг с другом. Ласкать друг друга. Слышать друг друга.

Это было неправильно.

И было идеально.

– Вижу, тебе нравится громить мою комнату, – заявил довольный Рез, заворачивая меня в самое мягкое на свете полотенце. Черное и пушистое.

Я в диком смущении кусала нижнюю губу и старалась не смотреть на черное пятно во всю стену душевой – свидетельство потери контроля и моего позора. Однако даркин считал его показателем своего успеха и на все мои печальные «извини, я не хотела», предлагал повторить для симметрии у другой стены.

– Мне кое‑кого надо найти, – вспомнила я уже в постели, куда Рез отнес меня на руках.

Постель мягко пружинила новым матрасом, который ненавязчиво намекал, что он хороший и вообще молодец, и уже наслышан о судьбе сгоревшего товарища, поэтому большая просьба его не палить. Простыни поддерживали это предложение. Более пессимистичные подушки мысленно отписывали наволочкам все свое имущество.

Даркин лежал на боку, подперев голову рукой, и слушал мою сбивчивую взволнованную речь с таким искренним вниманием, словно мысленно конспектировал каждое слово, а в пятницу планировал сдать материал досрочно.

– Почему тебе так важно найти этого человека, Кейт? – поинтересовался он, когда мой поток иссяк.