Насколько прочно Основание
- Автор: Вебер Дэвид Марк
- Серия: Сэйфхолд #5
- Язык: русский
- Переводчик: Николай Порфирьевич Фурзиков
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Насколько прочно Основание». Краткое содержание книги:
Чаризанская империя, рожденная в войне, всегда знала, что должна бороться за свое выживание. Однако большинство его субъектов даже сейчас не знают, насколько больше он борется. Император Кейлеб, императрица Шарлиан, Мерлин Атравес и их самый близкий круг самых доверенных советников знают. И потому, что они это делают, они знают, что наказание, если они проиграют, будет намного хуже, чем их собственная смерть и уничтожение всего, что они знают и любят.
Use the arrow to expand or collapse this section
В течение пяти лет Чарис пережила всю Церковь Бога, и коррумпированные люди, которые контролируют ее, бросили на островную империю. Цена была высока и оплачена кровью. Несмотря на цепочку упорных морских побед, Чарис все еще находится в обороне. Он может держаться в море, но если он хочет выжить, он должен победить Церковь на своей собственной земле. Но как он вторгается на материк и ведет войну с врагом, население которого превышает его собственное пятнадцать к одному? Как это мешает этому массивному противнику восстановить свои флоты и снова атаковать?
У Чарис нет ответа на эти вопросы, но ей нужно его найти…быстро. Жестокие пытки и отвратительные казни инквизиции уносят все больше и больше невинных жизней. Его агенты разжигают восстание против единственных материковых королевств, симпатизирующих Чарис. Религиозные террористы были отправлены, чтобы сеять хаос против подданных Империи. Убийцы преследуют императора и императрицу, их союзников и советников, а также невинного мальчика, которому еще нет одиннадцати лет, чей отец уже убит. И Мерлин Атравес, кибернетический аватар молодой женщины, умершей тысячу лет назад, наконец узнал, что спит под далеким храмом в Церкви Бога, ожидающего города Сиона.
Мужчины и женщины, борющиеся за свободу человека и терпимость, построили фундамент для своей борьбы в Империи Чарис своей собственной кровью, но будет ли этот фундамент достаточно прочным, чтобы выжить?
— Великий инквизитор хочет, чтобы вы прибыли в Сион целым и невредимым, — продолжил шулерит. — Лично я бы с таким же успехом перестрелял вас всех и оставил в канаве, как падаль, которой вы являетесь, но это не мое решение. Мое решение заключается в том, как… в нашем путешествии будет поддерживаться дисциплина. Я бы посоветовал вам всем помнить, что мое терпение на исходе, и люди под моим командованием понимают, как справиться с Шан-вэй. Прими это как единственное предупреждение, которое тебе будет дано.
Мантир просто оглянулся на него, отказываясь вздрагивать или отводить взгляд, но все же мог представить худых, истощенных, оборванных офицеров и солдат, стоящих позади него на причале. Он и шулерит оба знали, что все слышали каждое слово, но он чувствовал их злой, безнадежный вызов за спиной.
Шулерит пристально смотрел на него еще минуту, затем повернул голову.
— Капитан Чжу! — рявкнул он.
— Да, отец Виктир? — ответил невысокий коренастый офицер в форме храмовой стражи.
Капитан Чжу, очевидно, был харчонгцем с ярко выраженной складкой эпикантуса, свойственной его народу. На вид ему было под тридцать, у него были черные волосы, а в качестве нашивки на плече его формы стражника красовался меч и пламя ордена Шулера. Это указывало на то, что, будучи офицером стражи, он был прикомандирован к инквизиции, что, вероятно, имело смысл. У инквизиции были свои собственные небольшие, хорошо обученные вооруженные силы, но они специализировались на принуждении, а не на полевых действиях. Для такого долгого путешествия по суше им нужен был бы кто-то, имеющий опыт управления войсками в полевых условиях.
— Положите этот мусор в его клетки, — отец Виктир презрительно махнул рукой в сторону чарисийцев. — И я не вижу никакой необходимости быть с ними чрезмерно нежным.
— Как скажете, отец, — согласился Чжу с неприятной улыбкой и повернулся к обветренному, приземистому мускулистому сержанту, следовавшему за ним по пятам. — Вы слышали отца, сержант Жаданг. Заставьте их двигаться.
— Да, сэр.
Что ж, полагаю, это решает, что я могу — и не могу — сделать, в конце концов, — мрачно подумал Мерлин Этроуз, откинувшись на спинку чужой кровати в княжеском дворце Манчира и наблюдая сквозь снарки, как пленников-чарисийцев загоняли в фургоны, приготовленные для их перевозки.
Стражники Храма были вооружены мушкетами с тяжелыми, массивными фитильными замками старого образца, а не с новыми кремневыми замками, которые начали поступать на службу в Храм, и они без стеснения использовали приклады своих мушкетов. Он наблюдал, как чарисийские моряки пошатывались, когда эти приклады попадали им между лопаток или вонзались в грудные клетки. Не один человек упал на колени, его пинали и били, пока ему не удавалось подняться на ноги, и, если кто-нибудь из его товарищей пытался ему помочь, с ними обращались так же.
Сапфировые глаза Мерлина открылись в темноте раннего утра, полные ярости, когда упал молодой одноногий энсин. Никто его не ударил; он просто споткнулся, пытаясь двигаться достаточно быстро на своей единственной ноге и, очевидно, на костыле, изготовленном на скорую руку, чтобы удовлетворить своих похитителей. Это не имело значения. Охранники приблизились, избивая и пиная, в то время как мальчик свернулся в отчаянный защитный узел, пытаясь защитить голову руками, и челюсть Мерлина сжалась, когда сэр Гвилим Мантир намеренно вступил в это кольцо садистских ударов. Он наблюдал, как мускулистый адмирал принимал приклады мушкетов на свою спину и плечи, совсем не поднимая руку на нападавших, когда его били на четвереньках над телом мальчика, используя только свое собственное тело, чтобы защитить этого упавшего энсина.
Затем в этом круге появился еще один человек, одетый в то, что осталось от униформы чарисийского капитана. И еще один мужчина, худощавого телосложения, с навощенными усами, в котором Мерлин узнал Найклоса Валейна. Охранники били и пинали их сильнее, чем когда-либо, но к ним присоединилась горстка моряков. Не один из них упал, только чтобы снова подняться, с окровавленными лицами, с ушибленными телами, принимая эти удары с молчаливым вызовом, пока Мантир не смог подняться со своих колен и взять это полубессознательное молодое тело на руки. Еще один мушкет врезался адмиралу в почки, и он пошатнулся вперед, лицо исказилось от боли, но он отказался уронить энсина.