Черные начала. Том 1. Том 2

— Ещё! — счастливо протянула она руку.

— Как ты ешь? Ты же призрак.

— Не знаю, — с беззаботной радостной улыбкой ответила Люнь. — Ещё хочу!

Я ради эксперимента резко протянул руку прямо в неё туда, где должен быть желудок и пищевод, но рука почувствовала разве что странное ощущение, словно каждую клетку в руке обволакивает что-то прохладное. Ничего плотного, типа еды в ней не было.

— Ай! — тут же отпрыгнула Люнь от меня с удивлённо обиженным лицом. — Да как ты так по…

— Держи кусок, — тут же протянул я ещё мяса.

— Давай! — всё, она сразу же забыла про то, что я сейчас сделал, оказавшись рядом и поглощая мясо с голодными звуками.

И в этот самый момент я сунул ей руку прямо в лицо. И, собственно, ничего не нащупал, словно еда действительно пропадала, стоило ей её проглотить. А Люнь, испуганно отпрыгнув, тут же взмыла вверх, злобно сверкая глазками, смотрела на меня с верхних ветвей.

Значит Люнь может и брать предметы, и поглощать что-то, и ходить сквозь стены… Это странно, но может я не совсем понимаю принцип духов в этом мире? Как это работает? Ничего не понимаю, но и её, насколько я вижу, спрашивать бесполезно, так как сама не знает.

Вот такое странное открытие: призрак умеет есть.

Вышли мы к дороге на вторые сутки.

Всё это время Люнь восхищалась лесом, и, надо сказать, путешествие не было столь скучной рутиной, как обычно. Раньше я просто шёл и шёл, бездумно и тупо, как робот, будучи всегда на стрёме. А сейчас хоть какое-то разнообразие и маломальское общение, которое разбавляло однотипные будни.

— Так кем ты была раньше? — спросил я, оглядывая дорогу.

— Великой целительницей!

— Да я как бы уже допёр, что не уборщицей. А конкретнее?

— Я была одной из величайших магистров! Я добилась огромных успехов в познании человеческого тела и способах исцеления, собрав все премудрости этого искусства.

— Много путешествовала?

— Ага, я бывала и в заснеженных землях, и на высоких пиках гор. Видела бескрайние леса и огромные океана, луга и пустыни, огромные речные долины и высоченные холмы. Я видела многое и многих.

— И таких, как я, широкоглазых, тоже часто встречала?

— Не очень, — честно призналась она. — Вы живёте куда дальше.

— Понятно… слушай, а если ты можешь двигать предметы, то, значит, и я могу коснуться до тебя?

— Эм… ну да, а зачем тебе? — насторожилась она.

— Ну-ка, лети-ка сюда, — поманил я её пальцем.

— Что такое? — опасливо спросила Люнь.

Вместо ответа я осторожно протянул руку и… прошёл сквозь её щёку пальцами.

— Ты же сказала, что могу коснуться.

— Можешь, — она покраснела.

— И?

— Тебе делать нечего, вижу… — буркнула Люнь в ответ, и на этот раз мои пальцы коснулись её щеки.

Как настоящая… Кожа, мягкая и нежная на ощупь, но холодная, как у трупа. Я провёл подушечками пальцев по щеке и коснулся её носа.