Сочинения в трех томах. Том 1

— Дамфи, — сказал Артур, продолжая сидеть и, как и прежде, оставляя намек без всякого внимания. — В двух случаях мы наверняка остаемся внакладе, если недостаточно откровенны с лицом, у которого просим помощи: когда обращаемся к врачу и когда обращаемся к адвокату. Можно извинить больного, когда он что-то скрывает от врача: он пытается надуть самого себя. Но к чему таиться от адвоката? Вы, я вижу, не лучше других. Ищете у меня поддержки и скрываете важнейшую причину, по которой вы предпочли бы похоронить все это дело в снегах Голодного лагеря.

— Не знаю, о чем вы толкуете, — сказал Дамфи, снова усаживаясь в кресло.

— Тогда послушайте, что я скажу; быть может, вам станет яснее. Я познакомился с покойным доктором Деварджесом за несколько месяцев до того, как мы встретили вашу партию. Мы сблизились с ним; он часто рассказывал мне о своих научных открытиях; я слушал его с интересом. Помню, что в его бумагах не раз встречались описания и топографические зарисовки ценных, как он считал, рудных месторождений в предгорьях. В то время теории и расчеты Деварджеса казались мне фантастическими, и я не придавал им значения. Тем не менее, когда мы оказались запертыми в Голодном лагере и доктор Деварджес решил, что дни его сочтены, я исполнил его просьбу и надежно захоронил его бумаги и коллекции у Моньюмент-Пойнта под пирамидкой из камней. Когда я приехал в лагерь со спасателями, я обнаружил, что тайник вскрыт, а бумаги и коллекции брошены в снегу. Мы решили тогда, что это дело рук миссис Брэкет; в поисках пищи она разрыла тайник и умерла от яда, которым были опрысканы чучела птиц.

Он помолчал и поглядел на Дамфи, но тот не проронил ни слова.

— Так вот, — продолжал Артур, — как и все в Калифорнии, я с интересом, подчас с изумлением следил за вашей карьерой. Как и прочим вашим друзьям, мне было весьма приятно видеть, какой исключительный успех сопутствует вашим рудным открытиям. Но, в отличие от остальных ваших друзей, я хорошо знал, что почти все столь удачно открытые вами жилы и россыпи значились в бумагах доктора Деварджеса.

Грубо хохотнув, Дамфи вскочил на ноги.

— Вот оно что! — яростно вскричал он. — Значит, открываете карты? Значит, я обратился по точному адресу и нам не нужно больше искать того, кто выдает себя за мою жену! Продолжайте ваш интересный рассказ, послушаем, что будет дальше. Сколько вы с меня потребуете? И что скажете, если я не дам ни гроша?

— Прежде всего я требую, — сказал Артур, поднявшись и устремив на противника холодный зловещий взгляд, — чтобы вы немедленно взяли назад свои слова и принесли бы мне извинения. Если вы не сделаете этого, клянусь, я задушу вас собственными руками!

Взревев от злобы, Дамфи сделал было шаг, чтобы броситься на Пуанзета. Тот не шевельнулся. Минута прошла; Дамфи вернулся к здравому рассуждению. Драка с Пуанзетом привлечет свидетелей — в том числе и таких, которые могут знать кое-что о причинах драки. Даже если он выйдет сейчас победителем, Артур — разве только он убьет мальчишку на месте — сделает все, чтобы в дальнейшем поквитаться и разоблачить его. Дамфи опустился в кресло. Если бы Артур знал, как невысоко ценит мистер Дамфи свою честь, он меньше бы торжествовал по поводу одержанной победы.