Планета Земного Типа [СИ]

— Что делали на скамейке?

— Устал, — признался Федоськин. — Решил посидеть в тенечке.

— Посидеть, поговорить, — подхватила Гуда, — потом прикопать телефон. Можете ничего не объяснять, мне это неинтересно. Мне гораздо интереснее, что вы, генерал, начали меняться в лучшую сторону. Продолжайте в том же духе, из вас выйдет толк. Идите, отдыхайте и ни о чем не волнуйтесь. Санкций не будет. Только ради Бога не ввязывайтесь в аферу по захвату «Архимеда», до добра это не доведет…

Генерал откланялся и ушел, понимая, что только что избежал больших неприятностей. Воистину, эта женщина была не просто существом с другой планеты, у неё было особенное мышление и необыкновенное свойство прощать. Не наказывать, а понимать и прощать. Землянину это не свойственно, землянину надо обязательно затаить обиду и при удобном случае покарать, размазать по паркету, иначе жизнь не в радость.

Вечером к нему в номер заявился тот самый марабут, который приходил днем, и сказал, что госпожа назначила его, марабута по имени Джо, быть денщиком у генерала. Денщик — это такой помощник, который и по хозяйству, и по кому надо морду набить, ежели полезет на хозяина. Соглашайтесь, сказал Джо, я добрый и неприхотливый. Соглашаюсь, сказал Федоськин, у которого отродясь прислуги не было.

Между тем Гуда развернула нешуточный бизнес с бриллиантами. У рептилоидов их не было, вернее были, но в малом количестве. Гуда же оперировала десятками килограммов прозрачных бесцветных бриллиантов чистейшей воды, идеальной огранки, массой от 40 до 60 карат. Отцам, как ни странно, эти ограненные алмазы отчего-то не показались, но они знали миллиардеров, которые на камушки были падки.

Бриллианты были подвергнуты придирчивой проверке в геммологическом институте Камбоджи и получили самые завидные оценки. Цену за них Гуда назначила не самую высокую да еще со скидкой за крупную партию, и миллиардеры на это клюнули. Естественно, помогла протекция всеми уважаемых отцов. Так что счет в банке значительно пополнился и округлился до нескольких миллиардов в мировой валюте, а за Гудой закрепилась репутация надежного партнера.

Эта репутация предполагала наличие солидного офиса или приличного особняка, а не какого-то там полуподвального помещения, гордо именуемого апартаменты. Офис, конечно, был ни к чему, а вот особняк очень скоро появился. Выстроил его в рекордные сроки знаменитый архитектор испанец с говорящей фамилией Альгамбра. Занял он треть немалой территории оазиса, было в нем шесть этажей, внутри имелся внутренний дворик, засаженный великолепными кустарниками, были тут и зеленые газоны, и мраморный бассейн с голубой водой, и небольшой водопад, от которого веяло свежестью, был он вымощен терракотовой плиткой. Всюду преобладал рыжеватый цвет. Здесь было где отдохнуть, наслаждаясь приятной тенью и любуясь вьющимися растениями. Отсюда можно было пройти в офис Гуды, который занимал три помещения первого этажа. Также на первом этаже был отменный ресторан на двадцать столиков и служебные помещения. На втором этаже жила прислуга и персонал, обслуживающий технику, в том числе компьютерную, объекта.