Расплата. Яростное безумие

— Имеет, — вдруг произнес Павлик и покраснел еще больше.

— Что? — не поняла я.

— Это все равно имеет значение, — сказал Павлик, — Потому что тебе не может это быть безразлично.

— Что «это»? — спровоцировала я его. Мне так уж хотелось услышать то, что я ждала…

— Что я тебя люблю, — наконец выговорил Павлик. И сказав это, он потянулся ко мне губами. А я, когда услышала его прямое признание, почему-то тоже потянулась к нему.

— Люблю тебя… — повторил Павлик в последний миг перед тем, как наши губы соприкоснулись.

Поцелуй был долгим и неумелым. Подозреваю, что мы оба целовались тогда впервые.

Когда мы оторвались друг от друга, я поймала на нас взгляд Михаила Васильевича, нашего учителя истории. Он вышел во двор школы и случайно застал нас. Но он был джентльменом — наш провинциальный Михаил Васильевич. Он громко закашлялся, как будто на него напал приступ чахотки, и прошел мимо нас, сделав вид, что вообще нас не заметил.

— Я уезжаю, — сказала я, когда мы перевели дух. — Послезавтра меня здесь не будет. Так что это все не имеет значения.

— Имеет, — упрямо повторил Павлик. — Ты уезжаешь — и уезжай… Насовсем, так насовсем. Но я должен был тебе это сказать, и сказал. И это имеет значение…

С тех пор мы не виделись. То есть как-то мы видели друг друга, но это было на автозаправочной станции в Крыму.

Кругом гудели машины, кричали люди, плакали дети. Мой муж сидел за рулем, Павлика я увидела через ветровое стекло отъезжающей машины…

Мы улыбнулись друг другу, и он уехал. Так что та встреча может не считаться.

«Пожалуй, мне следовало бы сообразить, что именно Павлик может быть заместителем прокурора, — подумала я, стоя перед дверью с табличкой. — Как он упрямо говорил тогда, что он собирался мне сказать о своей любви, и сказал. Чего бы это ни стоило. И что это имеет значение… Мне бы надо было понять, что он серьезный человек».

Подумав обо всем этом за одну секунду и воскресив образы детства, я открыла дверь и вошла.

Павлик сильно изменился за эти годы. Я хотела ему сказать об этом, но сдержалась. Подумала, что это будет просто глупо. Естественно, люди меняются с годами. Я ведь тоже уже не шестнадцатилетняя выпускница школы…

— Как я рада тебя видеть, — сказала я, когда мы сели за его стол. Это было вполне искренне. На самом деле, я подумала, это странно, что я не поддерживала отношений с Павликом. Он такой симпатичный. Надо было хотя бы помнить о том, что это первый мужчина, с которым я целовалась…

— Я с тех пор все ждал тебя, — сказал Павлик, глядя на меня своими яркими синими глазами.

— С тех пор, как тебе позвонил Беня? — спросила я. — Это он тебе сказал, что я приеду и приду к тебе сюда?

— Это он сказал мне об этом, — подтвердил Павлик. И потом, не отрывая от меня взгляда, добавил: — Только я ждал тебя не с тех пор… То есть не эти два дня. А с того момента, как ты уехала тогда отсюда.

— Так и ждал с тех пор? — улыбнулась я. — Все это время только и делал, что ждал меня? — Я говорила в шутку, но Павлик не захотел улыбаться и снимать напряжение. Он все так же серьезно ответил мне: