Повседневная жизнь Древней Руси

Оружие соседей, которым Святослав рассылал грамоты о желании на них идти, не уступало вооружению его дружины. Скорее даже превосходило его. Главным признаком более высокой технологии служила длинная хазарская сабля, выкованная целиком из стали. В Великой Степи, простиравшейся от Венгрии до Тихого океана, культурное взаимодействие, торговля и разделение труда были в то время более развиты, чем у оседлых народов. Узкий, в среднем 3,5–3,8 миллиметра, и длинный клинок сабли (от острия до конца рукояти 110–117 сантиметров) был весьма твердым и одновременно крепким на излом. Даже его очень тонкое, сходящееся в иглу острие не ломалось при сильном ударе. Конечно, у хазар была не позднейшая легированная сталь персидских и турецких сабель XVII века. Обух клинка, в сечении сходившегося к режущей кромке на клин, был довольно толстым, до 0,7 сантиметра (я видел и более), и утоньшался к острию очень плавно. Рукоять с маленьким, только чтобы не соскользнула рука, перекрестьем не имела массивного навершия, которое могло бы хоть немного уравновесить саблю. Значит, степняков вполне устраивало, что их оружием нельзя фехтовать. Зато хазарской саблей можно было нанести на полном скаку очень тяжелый удар, прорубающий доспехи.

Более того, сабля служила колющим оружием. Об этом говорят форма острия и конструкция рукояти, плавно выгнутой в сторону режущей кромки. Такая «пистолетная» (в духе пистолей XVIII века) рукоять делала направленный на противника клинок прямым продолжением руки, позволяя поражать противника на максимальном расстоянии. Удобство, принципиально важное в конном бою. Хазарскую саблю в атаке можно было держать как палаш времен Наполеоновских войн, на вытянутой руке, направленной на противника, который с более коротким и не приспособленным для длинного выпада клинком не мог хазарина достать. Но это еще не всё. Очень тонкий и острый кончик клинка был предназначен для пробивания «брони», как тогда на Руси называли самый распространенный вид доспеха — кольчугу.

Кольчугу считают «русским» доспехом, хотя она была распространена по всей Евразии. Может быть, потому, что в Древней Руси действительно найдено много кольчуг, больше, чем где бы то ни было в X–XI веках. Только к временам Святослава из них относится более двух десятков. Кольчуга, укрывавшая тело воина от шеи до середины бедра и его руки до локтей, могла носиться в походе постоянно, как рубашка. Она не мешала движениям, не способствовала перегреву, спасала от тяжелых ран при прямом ударе меча и некаленой стрелы, сулицы, а при удаче и копья. Эксперименты показали, что кольчуга смягчала даже дробящие удары. Скользящие и не чрезмерно сильные удары она отражала совсем. Это было то, что нужно. Русские воины не искали абсолютной защиты — им нужна была достаточная постоянная защита.

Конструкция кольчуги дружинников Святослава была проста, но нашим современникам эта простота не общеизвестна. Выдающийся знаток древнерусского оружия А. Н. Кирпичников считает, что славяне заимствовали кольчугу в империи Карла Великого, который специально запрещал продавать им «оружие и броню» («аrmа et brunias»). С VIII–IX веков до времен Александра Невского включительно русские воины носили броню из рядов просечных колец, вырубленных из раскованного листа железа, и проволочных колец с концами, склепанными на крохотный гвоздик или шип. В сечении те и другие имели толщину 1,5–2 миллиметра и были чуть сплюснутыми в плоскости кольца. Диаметр колец колебался на разной броне от 7–9 до 13–14 миллиметров. Иногда знатные воины украшали свои железные кольчуги каймами из медных колец[181]. Кольчуги целиком из клепаных колец появились гораздо позже, когда изготовлять проволоку мастерам стало легче, чем расковывать пластины для вырубания просечных колец. Тогда же кольца стали в сечении круглыми, а не овальными.