«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Зенги рано познакомился с картинами гражданских войн, интриг, заговоров и убийств, закаливших и ужесточивших его характер. Ловкий, сильный, абсолютно безжалостный, красивый мужчина с коричневым цветом кожи от вечно знойного восточного солнца, он стал героем, чье имя не сходило с уст правоверных. Заручившись поддержкой султана Мухаммада II, он был назначен в 1127 г. атабегом Мосула, попутно став военным советником султана и двух его сыновей. Новый вождь турок, находившийся на передовой их борьбы с крестоносцами, с первых же шагов проявил осмотрительность и самостоятельность. У него были шпионы во всех столицах соседних государств, и даже при дворе султана, о чем тот, конечно, не подозревал. Посетителей, в первую очередь послов, он принимал доброжелательно, но всегда обкладывал плотной слежкой[524].

Очень долго в специальной литературе Зенги изображали как правителя, посвятившего свою жизнь войне с латинянами. В действительности же интерес атабека распространялся в первую очередь на Месопотамию, где находился центр суннитского Ислама и располагались богатейшие города своего времени – Дамаск, Багдад, Мосул. Зенги, конечно, воевал и с византийцами, и с пилигримами, но эти войны имели для него, скорее, значение пограничных конфликтов. А стратегическая задача заключалась в перенесении центра влияния с Алеппо на Юг, а также захват Дамаска. Там в это время правил Унур, некогда служивший мамлюком у Тугтегина[525].

Этот полководец, рожденный царствовать, не мог оставаться безучастным зрителем той эпохи, когда царства создавались и разрушались в одночасье. Рядом располагались слабеющие Аббасиды, в другой стороне – беспокойный Азербайджан, поделенный на множество эмиратов, во главе которых стояли воинственные курды. «К благу Ислама и к несчастию крестоносцев», как выразился один автор, походы Зенги проходили в непосредственной близости от владений пилигримов. А потому они были фактически обречены на несколько весьма тяжелых и обидных поражений от более сильного врага.

Совершенно неразборчивый в выборе средств, Зенги тем не менее стремился создать свое государство на началах права и справедливости. Дошло даже до того, что некий еврей осмелился принести жалобу на одного из самых известных офицеров войска Зенги, и тот, рассмотрев ее, удовлетворил. Зная о его силе и удачливости, жители маленьких городов сами нередко призывали Зенги на помощь, и тот никогда не пренебрегал такого рода «благотворительностью». В результате своего почти 20летнего правления Зенги подчинил себе всю Месопотамию, за исключением северной ее части, оставшейся в руках Ортокидов, и почти всю Сирию. Если чтото и мешало ему полностью овладеть искомыми областями, так это необходимость вести войны против курдов и Ортокидов[526].