Сдавайтесь, шериф!
- Автор: Чередий Галина Валентиновна, Нефедова Алена Валентиновна
- Серия: Адские механики #4
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Сдавайтесь, шериф!». Краткое содержание книги:
— Пиво, — наконец брякнул я, не в силах перестать по-дурацки скалиться. — Глаза у тебя красивые, чика.
— И они намного выше того места, куда ты сейчас пялишься, причем таким образом, что я это вполне могу счесть сексуальным домогательством! Шагай давай! — прищурилась красотуля зло и указала мне направление, а у самой-то зрачки расширились и на шее тонкая синеватая венка вздулась и запульсировала.
Вот туда тебя для начала и поцеловать, да, детка?
Будет исполнено, мэм.
Он отступает самую малость, но мне уже мало, и я хнычу, и он толкается снова, еще сильнее, останавливается еще раз, будто смакует, а потом сбрасывает меня в дьявольское пламя. Молотит бедрами тяжело и часто, с такой интенсивностью, как если бы хотел меня разрушить. А я желаю развалиться и от того выпрашиваю еще и еще.
— Смерти моей хочешь… — выдыхает он, скрипит зубами и кончает с протяжным гортанным стоном, и я не успеваю за ним лишь самую малость. Но возмутиться тоже не успеваю. Он рывком переворачивает меня на спину, подхватывает под колени и врезается лицом между моих ног. И наказывает новым оргазмом.
— Это ни хрена ни конец. Шмотки долой, сахарок, — приказывает он.
Я суетливо и бестолково дергаю руками в попытке стянуть футболку, но эта сволочь выскальзывает из непослушных пальцев. И он в нетерпении сдирает ее с меня, попутно освобождая волосы, стянутые резинкой в основательно растрепавшийся уже конский хвост. Пытается расстегнуть бюстгальтер, но под его натиском кружевная ткань просто не выдерживает и с жалобным треском рвется.
— О*уеть… — протягивает с гортанным стоном и зарывается лицом между стиснутыми его руками полушариями. — Идеальные, сука.
Набрасывается жадным ртом на грудь, прикусывая и посасывая одну и требовательно сжимая вторую.
— Вот это я попал, бл*дь, — пытка повторяется.
Но мне все еще мало просто ласк. Я хочу повторения безумства, от которого до сих пор не отошло, не попустило, не схлынуло. И я толкаюсь бедрами навстречу его наливающемуся стояку, трусь всем скользким от пота телом, ерзаю, пытаясь направить в нужное мне, требовательно пульсирующее нутро. Обхватываю ногами мощную мужскую поясницу и хнычу:
— В меня, внутрь, ну же…
— Сдохну на тебе, сахарочек. Ей богу сдохну. И это будет самая о*уительная смерть, о которой только можно мечтать.
Смерть.
Смерть!
Точно!
Он же и есть тот самый искомый маньяк-убийца!
И я его нашла!
Нашла и… Санта Мария! Нашла и трахаюсь с ним, как будто мы последние мужчина и женщина на этой Земле!
Словно прочитав мои мысли, маньяк исполняет только что озвученное мною желание и входит — резко, глубоко, до упора, до ощущения легкого жжения и абсолютной, совершенной наполненности им, его сущностью, его сутью, его самым сокровенным. Входит и замирает, запрокинув голову и бормоча что-то невразумительное.
— Значит, вот так это и бывает, да? И вот тебе грудь вместо сисек в одночасье. Ну что за пое*ень? Братцы ухохотались бы. Да только кто им скажет, этим придуркам?
Я чувствую себя шизофреником в момент обострения — я одновременно упиваюсь собственными ощущениями — порочными, запретными, постыдными и стопроцентов аморальными и такими при этом невыносимо сладкими, такими желанными и бесконечно требуемыми, но вторая половина мозга, понемногу проясняющегося от странного наваждения, просчитывает варианты добраться до рюкзачка, в котором лежит, закутанный наспех в легкомысленный шейный платок, мой любимый Глок. Двадцать шестой — как раз по моей руке, самый компактный, который можно легко спрятать хоть в дамскую сумочку типа клатча. И там же достать одноразовые пластиковые наручники, которые я предусмотрительно взяла вместо металлических, чтобы не звенели и не утяжеляли дамский аксессуар. По ходу, на этого бугая надо надеть сразу две пары — ишь, силушки-то немеряно.
Мой опасный партнер словно наделен каким-то бесконечным объемом сил и действительно принимается исполнять все свои угрозы. Он вколачивает меня в жалобно стонущую от его толчков постель. Его лицо искажено, кадык судорожно дергается, когда он издевательски застывает, лишая нас обоих оргазма. Переворачивает меня, исцеловывает от затылка до ягодиц, бесстыдно погружая язык туда, где до него ТАК никто не касался. Вгоняет себя в меня снова и таранит с еще большим ожесточением. Буквально утрахивает нас с кровати, и мы оказываемся на полу, валясь вниз беспорядочной кучей переплетенных и не способных остановиться в этом сумасшествии тел.
Ковер в этом дешевом мотеле адски жесткий, и он ворчит “так не пойдет, сахарок”. Останавливается, и я опять жалобно хнычу, лишенная возможности кончить. Но он тут же вытягивается на полу сам и с легкостью усаживает и насаживает на себя одновременно.
— Давай, малыш, давай теперь сама. Возьми, сколько хочешь.
И я уж беру. Беру яростно, с невесть откуда вновь появившимися силами. Обливаюсь потом, заставляя наши тела врезаться друг в друга с самыми сладкими порочнейшими в мире звуками, ни черта не вижу перед собой из-за целого роя сверкающих и мельтешащих световых микро-вспышек, которых становится все больше. Такой долгожданный, кажется, оргазм обрушивается на меня, прошив сотней разрядов от кончиков пальцев на ногах и до мозга. Позвоночник будто в пыль, исчез, и я падаю на своего ненасытного партнера сверху. Я — безвольная тряпка уже, но его это нисколько не останавливает. Он упирается пятками в пол и толкается снизу с такой мощью, что мои колени отрываются каждый раз от пола, удерживая мои бедра на месте для максимального проникновения. Я с трудом опираюсь ладонями об пол, чтобы меня не швыряло от этого безумства, и правой рукой натыкаюсь на что-то. И тут же опознаю на ощупь ткань своего рюкзака.