Древняя магия: От драконов и оборотней до зелий и защиты от темных сил

Греческие магические папирусы

На заре Нового времени, когда у европейцев зародился интерес к древнеегипетским артефактам, предприимчивые египтяне начали обыскивать захоронения и прочие исторические места в поисках предметов для продажи. Папирус неплохо сохраняется в сухом египетском климате, и постепенно у коллекционеров собрались небольшие библиотеки с целыми свитками и разрозненными фрагментами. Одно такое собрание состояло из записанных колдовских обрядов, заклинаний и рецептов для зельеварения (большинство датируются периодом с I века до н. э. по IV век н. э.). В основном это были заметки, которые делали профессиональные чародеи, чтобы не забыть слова или ингредиенты. В результате многие тексты оказались загадочны и неполны. Иногда в них нарочно вносили ошибки — на случай, если свиток попадет в чужие руки. Любой, кому придет в голову воспользоваться этими заклинаниями в наши дни, должен учесть, что древние маги наверняка посчитали бы его руки «чужими».

Травы использовались по-разному.

Для лечения. Для древних греков и римлян любое лекарство — а также и смертельный яд — представляло собой что-то вроде колдовского варева. «Не помогут ни зелья, / Ни волшебство, ни мольбы тайные матерью стать», — говорится молодой женщине в поэме Овидия «Фасты»[12]. Если больной выздоравливал, испив травяной отвар, поднесенный ему с заклинаниями, как можно было определить, что сработало: травы, обряд или их сочетание? И лекарства, и ритуалы создавались методом проб и ошибок; иногда они исцеляли, а в других случаях отчего-то не оказывали никакого воздействия или вовсе давали обратный эффект. Древний человек не знал, как работают заклинания и лекарства, потому и не видел особой разницы между первыми и вторыми. На взгляд современного скептика, травы были и остаются самым эффективным из всех магических средств, поскольку результат их применения (в большинстве случаев) можно воспроизвести и уложить в формулы, которыми потом с успехом воспользуются даже те, кто начисто лишен колдовского дара.