Величайшие врачеватели России. Летопись исторических медицинских открытий
- Автор: Бушков Александр Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: «Издательство „Эксмо“»
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Величайшие врачеватели России. Летопись исторических медицинских открытий». Краткое содержание книги:
А чему, собственно, удивляться?
Достаточно немного углубиться в историю мировой медицины, чтобы понять – Россия издавна славилась выдающимися медиками, совершившими революционные перевороты во врачебной практике.
Например, Николай Васильевич Склифосовский. Генерал от медицины, удивительного мужества человек, совершивший прорыв в развитии военно-полевой хирургии. Известен случай, когда во времена Русско-турецкой войны он под огнем противника оперировал четверо суток подряд!
Или Даниил Самойлович, который в годы жуткой московской чумной эпидемии впервые в истории открыл законы дезинфекции, а на Русско-турецкой войне 1787 года лично выходил и вернул в строй тяжело раненного А. В. Суворова.
А великий хирург Николай Пирогов, который впервые в мире ввел понятие антисептика и впервые сделал то, что позже стали называть пластической хирургией: выкроил безносому цирюльнику новый нос из кожи на лице. Знал бы он, как женщины будут перекраивать свои лица в XXI веке!
Почему эту книгу надо обязательно прочитать? Потому что это интересно, познавательно. Потому что появится еще одна весомая причина гордиться нашей страной, нашей историей.
И еще раз убедиться: здоровье нашей нации – в надежных руках.
Поначалу в русских летописях попросту нет упоминаний о деятельности лекарей во время эпидемий. Дело в том, что тогдашний русский народ смотрел на эти повальные болезни как на посланную Богом кару за грехи человеческие. И спасение видел лишь в молебнах и постройке новых церквей – «кого Бог захочет помиловать, того и помилует».
В Западной Европе было не лучше. Эпидемии связывали с землетрясениями, выносившими на поверхность «продукты подземной гнили». Незадолго до прихода «черной смерти» как раз просыпался Везувий – правда, на сей раз не в полную силу. Это привело к мысли, что болезнь «выбросил» вулкан…
Лекари повсеместно оказались в труднейшем положении: лекарств от чумы попросту не существовало нигде в мире, до противочумных прививок оставались долгие столетия. Единственное, что удалось сделать, – немного сбить эпидемию колокольным звоном, о чем уже упоминалось. Западноевропейские врачи расхаживали в страшных масках, чтобы «отпугнуть» болезнь (несомненная вспышка былых языческих практик). Правда, длинные носы иных масок, напоминавших птичьи клювы, играли и чисто утилитарную роль: они были набиты всевозможными зельями, с помощью которых врачи надеялись защититься от чумы (что далеко не всегда удавалось).
Русские лекари были так же бессильны, как их заграничные коллеги. Однако произошла очень важная вещь: они начали понимать, что распространению «моровой язвы» воспрепятствовать можно с помощью определенных мер.
Лекари советовали «очищать» воздух, постоянно поддерживая костры не только на улицах и площадях, но и в домах. Некоторую пользу это приносило: зараза порой распространялась не только крысами, но и воздушно-капельным путем, так что пламя действительно уничтожало некоторое количество бактерий. В 1352 году новгородцы после прихода чумы просили церковные власти «костры нарядить в Орехова».
Неизвестно точно, додумались ли в то время до карантина – запрета населению покидать пораженные болезнью места и препятствовать приезду желающим приехать в тот или иной город из других регионов. Только в 1552 году в летописях появляются упоминания о «преградах» – заставах, не пропускавших людей из пораженных болезнью мест туда, где эпидемии еще не было.
Заставы ставили на въездах в города, и на них обязательно присутствовал лекарь – для того, чтобы определить по внешнему виду приезжего, болен он или здоров. Стали применять и своеобразный карантин: «дворы» (точнее, дома), где кто-то умер от «моровой язвы», было велено запирать и не выпускать оставшихся в живых (жестоко, конечно, но определенный эффект приносило). Для надежности к «зачумленным» домам ставили стражу, еду подавали, не входя в дом. Священникам настрого запретили такие дома посещать. За ослушание виновника сжигали вместе со всеми, остававшимися в доме. Стали устраивать отдельные захоронения умерших от чумы. В новгородских летописях записано: запрещается хоронить умерших от заразы людей «около церквей и других людных мест» – только далеко за городом.
О карантинах, тех самых заставах, существовавших в 1571 году, пишет англичанин Филтон в своей «Истории Московии». На одной из таких застав, в Холмогорах, довольно долго продержали приплывшего в Московию английского посланника Дженкинсона – для его же блага, поскольку свирепствовала очередная эпидемия чумы…
Глава третья
Врачеватели и корона
Довольно долго вмешательство великих князей в медицинские дела ограничивалось приглашением иностранных врачей для собственных нужд. Первые «заморские» врачи появились на Руси при Иване III – их привезла невеста Ивана, племянница византийского императора Софья Палеолог, правда, не обоих сразу, а в разное время. Это и были уже нам известные печальной судьбой «немчин Антон» и «жидовин Леон» (некоторые исследователи считают их не неудачливыми докторами, а шарлатанами).
Отец Грозного Василий III держал при своей персоне исключительно врачей из Константинополя, порой до пяти человек. Сам Грозный по каким-то своим причинам предпочитал приглашать английских медиков. Он личным посланием просил английскую королеву Елизавету «прислать доброго лекаря». И в 1568 году в Москву приехал доктор Линдсей – отнюдь не шарлатан, а в самом деле «добрый лекарь», известный как книгами по медицине и математике, так и успешным лечением разнообразных недугов. Линдсей царю приглянулся: как пишет князь Курбский, Грозный показывал к доктору «великую любовь» и принимал лекарства только от него.