Жизнь двенадцати царей. Быт и нравы высочайшего двора
- Автор: Снегирёв Иван Михайлович, Свиридов Тимофей Романович
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-145-0
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Жизнь двенадцати царей. Быт и нравы высочайшего двора». Краткое содержание книги:
В первой части вы найдете воспоминания Ивана Брыкина, прожившего 115 лет (1706 – 1821), восемьдесят из которых он был смотрителем царской усадьбы под Москвой, где видел всех российских императоров, правивших в XVIII – начале XIX веков. Во второй части сможете прочитать рассказ А.Г. Орлова о Екатерине II и похищении княжны Таракановой. В третьей части – воспоминания, собранные из писем П.Я. Чаадаева, об эпохе Александра I, о войне 1812 года и тайных обществах в России. В четвертой части вашему вниманию предлагается документальная повесть историка Т.Р. Свиридова о Николае I.
Книга снабжена большим количеством иллюстраций, что делает повествование особенно интересным.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Тот, взяв её, поклонился до земли, и, посмотрев на подарок, молвит:
– Все-таки моя правда, что в царях нет правды.
– Как так? – спрашивает государыня.
– Да ведь ты изволила обещать золотую табакерку, а жалуешь вызолоченную, серебряную!
– Ну, вот, опять неправа, подай мне серебряную, обменяю ее на золотую.
– Нет, матушка, эта будет у меня будничною; изволь-ка вынести мне праздничную.
Так и сделалось, как сказал Гаврила. И государыня, и он остались довольными: одна шуткою, а другой двумя подарками от царицы.
Но могло и по-другому быть, попадись Гаврила под плохое настроение государыни. Сам он так говаривал:
– Ешь пирог с грибами, а язык держи за зубами, а не то жилы вытянут, в уголь сожгут, по уши в землю вколотят.
И это были не пустые слова: в Преображенских застенках ещё и не то вытворяли…
К зрелым годам характер государыни Елизаветы Петровны сильно испортился: раздражаться она стала всё больше, всех во всём подозревала, и чтобы не быть обманутой, приблизила к себе сплетниц и наушниц. Целыми днями сидела с ними в своих покоях, в карты играла и слушала всякие россказни, – а потом случались суд и расправа. Самой вредной среди этих ворон была девка-вековуха Елизавета Ивановна, а из какой она семьи, какого роду-племени, Бог весть. Такое она влияние приобрела, что все дела лишь через неё государыне подавались, – ну и шли к этой вековухе на поклон, словно к самой царице, и подарки ей несли.
Государыня Елизавета Петровна и внешне переменилась: мало того, что тучной стала почти такой же, как прежде покойная государыня Анна Иоанновна была, так, к тому же, одрябла и состарилась не по годам. Здоровьё у неё расшаталось, сна не было: опять появились у нас чесальщицы пяток, которые сим занятием пытались у государыни-императрицы сон вызвать, однако в отличие от времён государыни Анны Иоанновны должность эта почётной стала и многие знатные дамы её добивались.
Много я уже о государыне Елизавете Петровне рассказал, – разве что о любовных увлечениях, без которых она жизни своей не мыслила, не упомянул. Замуж её хотели выдать с юного возраста, а вышла она, когда ей уже за тридцать перевалило, да и то тайно… Почему тайно, спрашиваешь? Не спеши, скоро расскажу…
Значит, вначале о сватовстве. Отец её, Пётр Алексеевич, женихов для неё не переставал искать и находил, но как-то всё не ладилось, хотя в Елизавете Петровне никакого изъяну не было: о стройности я уже говорил, рост имела высокий, лицо правильное, миловидное, волосы густые, слегка рыжеватые, зубы здоровые и ровные. И глаза были хороши: серо-голубые, весёлые, глядели эдак призывно… Языку французскому была преотлично обучена и разговаривала на нём, как на родном; от неё при дворе и прочие дамы и кавалеры начали по-французски говорить, так что русская речь вроде как стала не принята. А уж в танцах Елизавете Петровне равной не было, все её хвалили – взаправду, без лести!
Но вот не складывалось с женитьбой, будто проклятье какое! Нашёл Пётр Алексеевич для неё принца, а тот умер перед женитьбой; хотел затем государь замуж её отдать за французского короля – снова осечка [17]… Об отношениях Елизаветы Петровны с Петром Алексеевичем Вторым я уже рассказывал, – а ведь могла бы эта свадьба состояться, не вмешайся Долгоруковы!..
Так и осталась Елизавета Петровна без мужа, но любовью пленялась часто. С невинностью она рассталась лет шестнадцати от роду, когда к ней был приставлен ординарцем Александр Бутурлин, который до того денщиком у её отца службу проходил. Ростом он был не меньше Петра Алексеевича, а телосложением даже покрепче – Елизавете Петровне только такие мужчины и нравились. Государь Пётр Алексеевич Второй приревновал её к Бутурлину и отослал того с крымскими татарами воевать.
После того как Пётр Алексеевич с Екатериной Долгоруковой обручился, Елизавета Петровна вначале зналась с Семёном Нарышкиным, а после с Алексеем Шубиным. Он гренадёром служил в Семёновском полку, статен был и красив, ловкий такой, быстрый, и в обращении приятен. Вот это любовь была, доложу тебе – Елизавета Петровна дня пробыть без него не могла и любезничала с ним без стеснения.
Но недолго их любовь длилась: при государыне Анне Иоанновне сгинул Шубин на долгое время. Болтали разное: якобы он гвардейцев подбивал Елизавету Петровну на трон усадить. Я думаю, это пустые разговоры, потому что уже после воцарения Елизаветы Петровны он в Москву вернулся, правда, искалеченным страшно – видать, пытали его жесточайшим образом. Однако если бы он был в заговоре против государыни Анны Иоанновны замешан, живым бы не остался, так что навряд ли заговор был. Но разлуку с Бутурлиным переживала Елизавета Петровна тяжело, – даже от еды отказывалась и от этого в лице и теле многое потеряла.