Убить звезду [calibre 4.99.5]

Мы, не сговариваясь, отступили в тень и увидели Народного, который о чем-то разговаривал с молодой украинской актрисой. Они подошли ближе, и вдруг Алик, бесцеремонно взяв девушку за лицо, спросил:

— Так что мы делаем сегодня вечером?

Я хорошо знаю этот его жест. Подвыпивший Народный переставал быть джентльменом. Обычно дамы смущались, но терпели. А эта девочка неожиданно твердо сказала:

— Уберите руку, иначе получите по морде.

Народный опешил. Актриса достала носовой платок, брезгливо вытерла подбородок и ушла. А я на миг почувствовал себя отомщенным.

«В Америке она бы его по судам затаскала», — заметил Влад, когда мы снова вышли на свет.

— Марк!

— к нам направлялся Борис Грачевский. — Слушай, а ты знаешь, Сам здесь.

— Знаю, я его и пригласил.

— Сидит на пляже с местными бандитами и говорит, что «Кинотавр» вот-вот перейдет к нему.

Масков подхватил Грачевского под руку и увел со словами: «Ладно, Боря, пойдем лучше выпьем!»

Я поднял голову и уставился в темное сочинское небо. Вот это оперативность. Впрочем, Сам всегда отличался удивительной способностью мгновенно оказываться в нужном месте и в нужное время.

Десять лет жизни потрачено на «Кинотавр».

И сейчас, когда мое детище уплывало из рук, я вдруг осознал, что ни о чем не жалею. Я создал фестиваль, о котором заговорила вся страна. Возможно, я тще­славный человек, но какой уж есть...

Мои мысли прервал голос — рядом кто-то разговаривал по телефону: «Деньги будут. Не так быстро, как планировал, но дело движется. Все, адьес, амиго».

В первый момент мне показалось, что это галлюцинация. А потом щелкнула крышечка мобильника, и я понял: человек, который звонил мне и требовал денег, который ради них готов был убить, сейчас стоит в нескольких метрах от меня...

Я понятия не имел, что буду делать. Просто пошел вперед. Я хотел увидеть его лицо.

Он как раз убирал телефон в карман. Широкие плечи, безупречный смокинг, светлые волосы.

«Здравствуйте, господин Тапиев, — произнес я. — Так это вам так срочно понадобились мои деньги?»