Твоя кровь в моих венах

Ее студенческий блок сейчас походил на большой блестящий куб, какими обычно и бывают стандартные жилые модули. Каждый жилец впоследствии мог сам менять и внешний вид, и внутреннее устройство своего дома под личные вкусы.

Есения решила, что займется этим как-нибудь потом. Кубические формы она не сильно жаловала, но настолько устала, что сейчас ее устраивало жилье любой конфигурации, лишь бы там была поверхность, где можно завалиться и заснуть.

Прилетела она ночью, ближе к утру, долго проходила проверку в космопорте, потом сразу отправилась в университет, чтобы предстать пред светлые очи ректора, являющегося по совместительству другом отца. Честно говоря, она думала, что Петр Игоревич даст ей отдохнуть денек, и к занятиям она приступит лишь завтра, но ректор сразу же после разговора потащил ее знакомиться с курсом, прямо посреди лекции.

Есения вздохнула, ввела код замка, который ей дали вместе с адресом, затем перепрограммировала дверь под себя.

— Сомневаюсь, что это поможет, — пробормотала она, по старой привычке разговаривая сама с собой, и зашла внутрь.

Наверняка, Умнику раз плюнуть вскрыть ее программу.

В который раз за сегодня она спросила себя, какой черт дернул ее решиться на эту авантюру — перевестись в КосмоСтар на факультет дальней космонавтики. Конечно, она знала этого чёрта — это все то же пресловутое фамильное твердолобое упрямство Полонских, замешанное на наполеоновских амбициях их же.

Нет. Она справится! Она непременно справится. Просто сейчас она слишком устала. А еще… Она не ожидала, что Джойс окажется таким… слишком опасным для ее женского сердца. Ладно бы он был смазливым красавцем, но нет — его сложно было назвать таковым, если рассуждать о красоте с позиций золотого сечения и прочих общеупотребимых понятий эстетической гармонии. Не был он красивым. Но был таким… Живым? Сильным? Настоящим? Ему хотелось доверять. Ему хотелось довериться. А вот этого делать никак было нельзя, и потому он становился еще одной проблемой — в ряду прочих.