Они написали убийство. Детектив про женскую дружбу
- Автор: Хамуляк Евгения Ивановна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Иронические детективы
Электронная книга - «Они написали убийство. Детектив про женскую дружбу». Краткое содержание книги:
– Фантом, – ответят многие и будут правы. Ибо это явление встречается так же редко, как женщина-детектив. А тут их сразу две – Ольга Голяшкина и Ольга Головешкина, чьи орбиты сошлись еще в школе на одной и той же цели – завладение мировой славой.
– У меня только один вопрос к тебе, Какашкина… Как будем делить Индию и Китай? – спросила Хельга Голяшкопф-Кури свою лучшую подругу.
Почитайте этот ироничный детектив, где совершено сразу несколько жестоких убийств, и проникнитесь настоящей женской дружбой, которой не страшны ни огонь, ни океан, ни медные трубы.
– Ты всегда говорила, что из тебя бы вышла лучшая шпионка в мире, – вставил Джеф.
– В книге Барби убивает мужа – американского бизнесмена, а ты – биржевик! – оправдывалась жена, всё-таки подключая видео-связь, чтоб муж видел её честные искры из честных глаз. Но тот сбросил звонок, зная магическое влияние на него её лица.
– Это детали…
– Она убивает подругу ядом из чистящего средства, а я не знаю никаких ядов и ещё меньше знаю марок чистящих средств для унитазов, Джеф! А бизнесмена эта русская дрянь убивает, пичкая его сахаром, я же бегаю за тобой, вытаскивая круассаны изо рта, чтоб спасти твои здоровье и фигуру, – Ольга не дала вставить Джефу ни слова. – Наконец, она уходит к садовнику-египтянину Мухаммеду…
– Да! – вскрикнул Джеф и чуть не заплакал, только представив красавицу-жену в смуглых волосатых чужих руках. – Нашего садовника тоже зовут Мухаммед, – Джеф всё-таки пустил слезу. Ему было жаль себя, слепого и наивного все эти годы, верившего в сказку, что Снежная королева может полюбить жирдяя-биржевика, который кроме как считать деньги, ничего толком не умеет делать.
– Наш Мухаммед – турок! – завопила Ольга, чуть не посинев только от одной мысли, что лежит в постели с кем-то, кто не Джеф.
– Ты же сказала, что не читала книги? – задал последний вопрос расстроенный муж.
– Я не успела. Всё завертелось так быстро, что я не успела прочитать, клянусь, – ответила она тоже расстроенным голосом. – Включи камеру, милый, посмотри на меня. Что я должна сделать, чтоб ты поверил мне? У меня нет никаких ядов, я не знаю русскую мафию, я очень люблю тебя и Олю, я не могу вас убить, только если сойду с ума. Просто моё желание сбылось так быстро, что я не успела понять его цену. А цена оказалась так высока, что без твоей поддержки и веры в меня, я боюсь, что мне не нужны ни слава, ни деньги. Ничего.
Прошла одна минута молчания, за ней вторая. Наконец, Джеф включил камеру. Ольга увидела его сидящим на их диване в холле, держащим голову опущенной, скрывающим слёзы и страх.
– Что мне сделать, чтоб ты мне поверил? – спросила она.
Американец не знал. Слова его коллег растревожили старые раны ревности, неверия, что его – страшного и толстого американского тролля – не может полюбить такая женщина как Ольга. Что всё идёт слишком уж гладко и хорошо, а будет ещё лучше.
А сейчас к этим невыносимым чувствам прибавилось чувство вины, что он поверил этим злым языкам, что его любимая женщина, смотрящая с экрана глазами, полными боли и слез, может убить его.
– Ну хочешь я прилечу и мы…
Глава 6. От фантазий к реальности
Пока Голяшкины-Кури плакали по видеосвязи, Володя Анашкин мчался в палату своей дорогой жены, перепрыгивая сразу через три ступени, хватаясь за люстры, отталкиваясь от стен, расталкивая головы и плечи прохожих. За ним очумело гнались медицинские сёстры, увещевая успокоиться, но он их не слышал, заглядывая в каждую палату в поисках любимого лица. И не узнав в яркой, лежащей в полураздетом состоянии красотке, которую в срочном порядке готовили к операции, свою дорогую жену Ольгу Головёшкину, Володя оторопел.
– Зачем ты так накрасилась? – первое, что спросил он, шокированный видом жены, которая лишь в самом начале наряжалась, а потом в угоду мужу и с рождением сына предпочитала спортивное одеяние, готовая в любой момент хоть в поход, хоть на рыбалку. Сколько раз она помогала ему в лесу мастерить костёр, рыть землянку, ловить и чистить рыбу, собирать и рубить дрова. Ольга являлась не столько женой, сколько товарищем или товаркой по делу жизни. А тут разлеглась полуобнаженная дамочка, больше похожая на девушку лёгкого поведения. Или хоть бы на свою подругу, которую Володя ещё недавно с охотой разглядывал.
– А зачем ты пялился на грудь Голяшкиной? – вопросом на вопрос ответила Ольга, не смущаясь присутствия медсестер, которые уже кололи вены и вставляли катетеры.
Это тебе совсем не идёт. Я люблю тебя без мишуры… – пытался оправдаться Володя, а Олину каталку уже увозили к лифту, чтоб поднять на другой этаж. – И я не пялился…
– Пялился-пялился! А мне, может, приятно, что теперь будут пялиться на меня. Ведь начиная с этого дня теперь я – звезда, Анашкин! Привыкай! – на ходу, увозимая в неизвестность, крикнула Оля, а сама пожалела о сказанном: вдруг из операционной ей не выйти и эти последние слова останутся, как приговор. Её запомнят не хорошей и доброй женой, а капризной и своенравной дурой.
Володя весь сморщился, еле сдерживая себя, чтоб не заплакать. Он так привык, что Ольга здорова, бодра, всё понимает, всех принимает, что совсем не думал о том, что она может быть ранима, уязвима или нуждаться в чём-то.