Товарищ милиция [Очерки о пермской милиции]

Как это случилось и могло ли это не случиться?

Нет, все было закономерно и естественно. Во время войны Алеша однажды ждал свою мать, обещала она из районного центра привезти необыкновенный подарок — сушек или конфет. Вернулась она домой, сказала дрогнувшим голосом:

— Ничего, сынок, нету. Украли.

А на другой день оказался он с матерью у вокзальных билетных касс. Мать специально его сюда привела, нашла обокравшего ее, показала сыну, шепнула:

— Вот этот барин меня обокрал. Только смотреть на него нельзя, нос обрежут.

Вспоминая об этом, Артамонов весело говорит:

— Сейчас я не боюсь, что нос обрежут. — Он сразу становится серьезным и продолжает: — Я их, воров, ненавижу. С детства. Давнишние у меня с ними счеты. Дело-то было во время войны, это понять надо. А судьба нарочно не раз еще сталкивала меня с подонками. Помню, на моих глазах у старика мешок разрезали и припугнули меня, когда я крикнуть хотел. Или вот ехал продавать молоко. Уж не знаю, почему, но именно ко мне подходит один тип и спрашивает: чего, дескать, вы в лаптях ходите, а не в сапогах хромовых или валенках и не хотите ли вы кушать? Чего с мальчишки взять? Отвечаю, что, конечно, хочу. А тот и говорит, что сейчас, мол, все будет сделано, смотри. И у спящего паренька мешок украл… У другого снял валенки… Грыз я ворованный сухарь и пытался своими недоразвитыми мозгами разобраться: что же такое произошло? Но сообразил все-таки правильно, заявил в милицию. А в ушах все крик стоял. Как кричал человек, когда проснулся, а на ногах валенок нет… Так что давнишние у меня счеты с ворами. Главное, что я их понял. Всю их нечеловеческую суть.

Глубоки корни призвания Артамонова, не случайно он стал тем, кем сейчас является.

С улыбкой вспоминает Алексей Николаевич, как в юности он переживал, что ростом не вышел. Он искренне полагал, что в армию его не призывают не потому, что срок не подошел, а именно из-за маленького роста. Плотничал он, а мечтал, как все сверстники, попасть на фронт, стать бойцом.

И вот что интересно. Вся его жизнь складывалась словно по заранее кем-то намеченному плану. Через год после войны вызвали его в военкомат и предложили служить не где-нибудь, а в милиции. Сначала он работал в охране, потом постовым, уже в Перми, и, наконец, был назначен в группу по борьбе с карманными ворами.

Группой руководил майор Федор Иванович Бурцев, опытный работник, душевный человек. Он обладал каким-то удивительным умением подбирать сотрудников. Многому научился у него Артамонов.