![Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/5/7/8/ni-bog-ni-car-i-ne-geroj-vospominaniya-uralskogo-podpolshchika-download.jpg)
Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика]
- Автор: Мызгин Иван Михайлович
- Год: 1979
- Язык: русский
- Год: Южно-Уральское книжное издательство
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика]». Краткое содержание книги:
Как члену боевой партийной дружины, которую возглавлял известный уральский революционер М. Гузаков, И. Мызгину приходилось выполнять различные партийные поручения: добывать оружие, боеприпасы, участвовать в вооруженной борьбе с полицейскими карательными отрядами, организовывать мастерские по изготовлению взрывчатых материалов и бомб, вести большевистскую агитацию среди уральских рабочих и крестьян, готовить побеги революционеров из тюрем и ссылок.
На долю Ивана Михайловича выпало немало суровых испытаний. Семь раз отбывал он заключение в тюрьмах Уфы, Златоуста, Литвы, Красноярска, Александровского централа, шестнадцать раз бежал из тюрем и полицейских участков, дважды из ссылок, дважды был приговорен к расстрелу колчаковской контрразведкой. Но ничто не могло сломить его веру в торжество ленинских идей, в победу пролетарской революции.
Замечательная жизнь И. М. Мызгина — яркий пример беззаветной преданности Коммунистической партии, интересам народа.
Ах, как мы были тогда молоды!
Дороги, так же как и самого места «экса», никто из нас не знал, кроме нашего проводника-разведчика Гнусарева. Он единственный среди нас был угрюм, молча шагал впереди — высокий, худой, рыжеватый. Немного позади него шли наши командиры.
Вот, закрою глаза, и — словно не пробежала с того дня половина столетия, словно не омыли Россию шквальные волны трех войн и трех революций — ясно вижу этих двух дорогих мне людей. Легкий, размашистый шаг, выправка — все обличало в Михаиле Кадомцеве военного. А рядом с ним вышагивает, слегка покачивая широкими плечами и небрежно помахивая вырезанной из орешника палочкой, мой друг Миша Гузаков — удалец из удальцов, предмет безнадежных воздыханий симских девиц…
Уфимских товарищей мы, симцы, видели впервые, но дорогой все перезнакомились. За болтовней, шутками и смехом не заметили, как время далеко перевалило за полдень. Об этом властно напомнил разыгравшийся мальчишеский аппетит.
— Товарищ сотник, — обратился к Кадомцеву кто-то из ребят. — У нас уж кишка кишке кукиш кажет.
— Скоро село, — объявил Кадомцев. — Там привал на обед и отдых.
Часа через полтора стал доноситься запах дымка. Послышался лай.
— Остановимся за селом. Как можно аккуратнее с оружием! — приказал командир. Ни в какие разговоры ни с кем не вступать.
Вскоре показалось башкирское село. По берегу мелкой речушки мы обошли его, нашли хорошую полянку. От села ее отгораживали небольшие густые кусты. Здесь мы и сделали привал. Кто с наслаждением растянулся на траве, кто принялся умываться, скинув рубашку, кто, усевшись на бережку, опустил в прохладную воду босые усталые ноги. Хорошо!..
Сотник Кадомцев послал двух товарищей за едой. Вскоре они вернулись, купив молока, яичек и хлеба. Видно, в село мы попали бедное — хлеб был так плох, что совсем не годился в пищу; пекли его, наверное, с лебедой.
Все это время вездесущие деревенские ребятишки с любопытством следили за нами из кустов, не приближаясь и не уходя.
После обеда мы повалились, кто где хотел, — на полянке, в кустах, — и сразу наш бивак был охвачен глубоким сном, таким крепким, каким могут спать только молодые, здоровые, усталые парни.
Двое дежурных бодрствовали. Через два часа они должны были разбудить себе смену.
Но тут оказалось, что с дисциплиной у нас далеко не все еще было благополучно.
Спали мы долго. Проснулся я от какого-то шума. Смотрю, нас окружает большая толпа крестьян: мужчины, женщины, молодежь, старики. О чем-то оживленно галдят, размахивая руками.
Оказалось, что наши часовые крепились-крепились и тоже вздремнули. Они не заметили, как у Васи Алексакина во время сна вывалился из-за пазухи «смит-вессон», не видели, как поблескивавший на солнце никелированный револьвер привлек внимание осмелевших ребятишек, как они помчались в село и привели любопытствующую толпу крестьян. Крестьяне были настроены недружелюбно: ведь вести о революции приходили сюда, в это глухое и темное, затерянное в лесной дали село, через муллу и урядника, которые не жалели черной краски, живописуя «происки» городских дармоедов-крамольников, «врагов русского и башкирского бога и батюшки-царя».
Пришлось спешно сниматься с места.
…Незаметно спустилась ночь. Низкое небо сплошь затянули дождевые облака, словно над ними развернули огромную кипу грязной, сероватой ваты. Темнота была нам на руку.
Гнусарев остановил отряд, цель была совсем рядом.
Кадомцев разделил нас на две группы. Шестерка боевиков во главе с Мячиным — бесшумно снимает сторожей. Вторая группа — забирает динамит и гремучку.
Настроение у всех приподнятое, нервы словно обнажены.
Разведка донесла: в нескольких шагах изгородь.
Костя Мячин со своей группой двинулся вперед: двое — к сторожке, остальные — со всех сторон к складу, чтобы одновременно убрать всех сторожей.