Невеста снежного лорда

— Мммыыы… — вот и всё, что удалось мне выговорить.

К несчастью, Огнеда поняла меня превратно.

— Прости, прости. Не буду шуметь. Спокойной ночи! — она погасила свет и ушла в ванную.

А спустя минут пятнадцать легла спать, зевая и сетуя на тяжелый день.

«Ладно тяжелый день. Какая меня ждет ночь!» — с ужасом думала я, понимая, что от противоправных действий Хелесы мне не отмахаться.

Мысли посещали самые разнообразные. Я ругала себя за излишнюю доверчивость и доброту. Пожалела, что называется, бедную эльфийку! Поделилась пилочкой.

Меня бы кто пожалел!

Потом мое негодование перенеслось на куст. Он тоже был виноват в моих несчастьях: захотелось же этому родендиусу расцвести именно тридцать первого января! Мог бы и через год расцвести, когда я проучусь немного и буду хоть понятие иметь, кому стоит доверять, а кому — нет.

И вообще, разве можно перепилить пусть даже крохотную веточку маникюрной пилкой? Да Хелеса сошла с ума!

Ровно в одиннадцать мое тело само встало и почти бесшумно оделось. Ощущения при этом были непередаваемые! Даже если бы я хотела заорать, чтобы разбудить сладко спящую Огнеду, то не смогла бы — связки не слушались, а рот я открывала беззвучно, как рыбка.

Чуть не плача от злости и бессилия, спускалась на первый этаж.

Хоть бы мадам Лук не спала! На нее единственную была вся надежда — что она поймает и расколдует.

Но коморка, в которой еще пару часов назад она пила чай, была заперта. Свет не горел, а искать комендантшу по всему общежитию не позволяло тело, которое упрямо двигалось на выход.

Я шагала напрямую, через мягкие сугробы, как будто нет дороги в обход. Ноги проваливались, загребая полные сапоги снега, а руки даже не пытались закрыть глаза от разгулявшейся метели.

— Вот ты где! — высокая фигура в темно-зеленом плаще нетерпеливо метнулась ко мне от разлапистой ели. — Алиса, я отпущу тебя через пятнадцать минут. Сниму заклинание послушания. Только выслушай меня спокойно и не суди строго. И прости…

Меньше всего я ожидала, что эльфийка будет просить прощения. Прозвучало как издевка. Бурля от возмущения, я взглядом пыталась передать всё, что о ней думаю.

— Идем туда. Видишь беседку у сосны? Там нас никто не увидит.

Мое тело послушно брело вслед за Хелесой.

Ну почему в такую непогоду все преподаватели сидят по своим комнатам, и никому даже в голову не придет высунуть нос наружу?

Хелеса первой вошла в беседку и осмотрелась. Удостоверившись, что никого под обледеневшими лавками нет, она нервным движением опустила капюшон.

— Не думай, что я когда-нибудь занималась чем-то подобным. И я ни за что бы не решилась, не будь на кону жизни моих родных, — заломила руки Хелеса.

Я попыталась саркастично вздернуть бровь, но та не послушалась.

— Моя мама очень известная эльфийская знахарка. За мамиными снадобьями присылают даже из королевских дворцов. Она берется за самые сложные и трудновыполнимые заказы…