Лисао
- Автор: Юань Цюй
- Год: 2000
- Язык: русский
- Переводчик: А. И. Гитович
- Жанр: Древневосточная литература
Электронная книга - «Лисао». Краткое содержание книги:
Данный том Восточной серии наиболее полно на сегодняшний день представляет творчество великого поэта Древнего Китая Цюй Юаня. Помимо знаменитых поэтических циклов Цюй Юаня «Девять напевов» и «Девять элегий», переведенных А.И. Гитовичем, в книге представлены переводы его произведений, выполненные такими мастерами, как акад. В.М. Алексеев, Л.3. Эйдлин, А.А. Ахматова, А.Е. Адалис, А.И. Балин, Г.О. Днепрова. В приложении воспроизводятся антология переводов поэмы Цюй Юаня «Лисао», среди авторов которой — А.А. Ахматова, А.И. Гитович, А.И. Балин, а также фрагмент работы И.С. Лисевича «Литературная мысль Китая», где дан анализ творчества поэта. Издание вызовет несомненный интерес как у специалистов, так и всех любителей поэзии Древнего Китая.
Перейти на страницу:
Когда закон установлен —
страна сильна и богата,
Когда управляет мудрый —
страна крепка и спокойна.
И если держать в тайне
княжеские секреты,
То, пусть ты и ошибешься,
никто тебя не накажет.
Знаю, чиста моя совесть,
тайны не выдавал я,
И все ж клевета и зависть
настигли меня внезапно.
Был на меня обрушен
тяжкий гнев государя,
Хотя он и не проверил
дела мои и поступки.
Разум его затмился —
он был ослеплен льстецами,
Был он обманут ложью,
слухами и клеветою.
Не захотел разобраться
в сути всех обвинений,
Сослал меня на чужбину
и позабыл об этом.
Лжи он поверил грязной,
и клевете поверил,
И, воспылавший гневом,
на смерть меня отправил.
Верным слугою был я —
и ни в чем не виновен,
За что же я оклеветан,
за что я терплю обиды?
Тот, кто стыдится света, —
пользуется темнотою,
Но я и в далекой ссылке
всегда готов защищаться.
Лицом обратившись к рекам —
к глубинам Юань и Сяна, —
Готов, ни на миг не колеблясь,
броситься в глубь потока.
Пусть я потерпел неудачу
и слава моя погибла —
Мне жаль, что еще доныне
прозреть государь не может,
Что он нарушил законы
и, ничего не проверив,
Дал сорнякам бесстыдным
глушить ароматные травы.
Я искренним был слугою,
хотел открыть свои чувства,
Я думал: лучше погибнуть,
чем жить на земле без пользы.
И если еще колеблюсь,
то лишь по одной причине,
Которая мне мешает
выбрать эту дорогу.
Слыхал я, что в долгом рабстве
жил Байли Ци[79] когда-то,
Что даже И Инь[80] порою
стряпал обед на кухне.
Мудрый Люй Ван[81], мы знаем,
был мясником на рынке,
Нин Ци[82], распевая песни,
волов погонял ленивых.
Но, если бы им не встретить
Чэн Тана или У-вана,
Разве б их знали в мире,
разве б их вспоминали?
Верил один правитель
клеветникам ничтожным,
И, погубив Цзы-сюя[83],
княжество погубил он.
Был предан Цзе-цзы[84] и умер,
дерево обнимая,
Но князь, осознав ошибку,
ее захотел исправить, —
Горы Цзешань велел он
сделать запретным местом,
Желая быть благодарным
мудрому человеку.
Он думал о старом друге
и, проливая слезы,
В белое облачился —
в траурные одежды.
Верные князю люди
гибнут во имя долга,
А клеветников ничтожных
никто не подозревает.
Никто не хочет проверить
наши дела, поступки,
Верят бесстыдным сплетням
и клевете бесстыдной.
Растут ароматные травы
вместе с чертополохом —
Кто же сумеет в мире
их различить, как должно?
Зачем ароматные травы
так увядают рано? —
Едва их покроет иней —
они уже поникают...
Когда государь неразумен,
подвержен он ослепленью
И приближает к трону
клеветников преступных.
Льстецы утверждали когда-то,
завидуя мудрым людям,
Что пусть ароматны травы —
они для венков не пригодны.
Но тонкому благоуханью
завидовать может в мире
Лишь женщина, что, к несчастью,
схожа с Му-му[85] развратной.
Пускай красота бывает
подобна Си-ши[86] прекрасной
Клеветники немедля
ее все равно растопчут.
Хочу открыть свои чувства,
чтоб ясны были поступки, —
А весть о моей опале
настигла меня внезапно.
С каждым днем все сильнее,
все горше моя обида,
Она постоянной стала,
как звезды в далеком небе.
Если ты скачешь в поле
на скакуне строптивом,
Но нет у тебя поводьев,
чтоб сдерживать бег могучий,
Если ты в легкой лодке
несешься вниз по теченью,
Но у тебя весла нет,
чтоб править ею, как должно,
Если, презрев законы,
надеешься лишь на ум свой, —
Чем твое положенье
отлично от предыдущих?
Я лучше умру, и будет
труп мой плыть по теченью,
Чем испытаю снова
злой клеветы обиду!
Не кончив стихотворенья,
готов я броситься в омут,
Но жаль, государь ослепший
этого не увидит.
Перейти на страницу: