Школотрон 3. Игра в кальмара

Милена положила палец в рот и замерла. Смотрелось вполне возбуждающе. Черт, она это будто специально. Решить проблему с моим попаданием сейчас невозможно. А вот с воздержанием…

Короче, я решился на штурм. А то можно стать цветочным лохом, как Эдвард.

— Да уж, я в шоке. Что нам теперь с тобой делать? — нахмурившись, снова сказала училка, продолжая иметь пальцем свой рот.

Конечно, это было случайно. Возможно тупая привычка, реакция не нервную шнягу. Но когда между краснеющих, влажных губ ходит наманикюренный пальчик, это круто заводит.

Потому, забыв обо всем, я резко выдал:

— Потрахаться.

— Что, ты о чем?!

— О том, что секс между нами может открыть портал.

— Но… как… погоди.

— Обычно! Вагинальная рекогносцировка, может, слышала о такой? Я своего рода, ученый. Верь мне и раздевайся.

С этими словами взял Милку за грудь. Я сделал это нежно, но жестко, будто прощупывал вещевой мешок.

В глазах женщины вспыхнула магия. Не хотелось бы получить омлет вместо секса, причем из собственных яиц.

Поэтому я пошёл в наступление, не дав противнику развернуть ударную группировку.

Милена ахнула, пытаясь меня оттолкнуть. Тогда мои губы впились ей в шею, а руки охватили талию, крепко сжав ягодицы. Училка отошла назад и снова села на стол.

— Ты же школьник, нельзя! — простонала она.

Да уж, есть еще лазер в обойме. Я неплохо ее возбудил. Возможно, она тоже хотела. Сложно быть неприступной кралей и всех отшивать. Сердцу не прикажешь, а вагине тем более.

— Успокойся, постой, — произнес, массируя объемные ягодицы и изгиб женской спины. — Моему телу есть восемнадцать. В душе я взрослый мужик. А мой школьник тебе… короче сейчас сама все узнаешь.

Милена отлично сопротивлялась. Обожаю таких строптивых! Но мой напор оказался сильнее. Вскоре она ахнула и впилась в меня губами, а минуту спустя, пустила в ход язычок.

Через некоторое время, Милена отстранила красное от возбуждения лицо и тихо произнесла:

— Сейчас нету времени. Давай в другой раз?

— О времени думают, когда действуют по тревоге. А другой раз у нас тоже будет. Как раз после этого раза, — жестко ответил я.

Потом стянул женщину со стола. Это было не просто, для тела Марка она оказалась тяжеловата. Несмотря на это, я развернул ее к себе задом.

И училка легла на стол, выставив аппетитную попу. Таких больших, но в то же время упругих и круглых булок, я раньше не видел. Вот что значит любовь. Этом вам не дешёвые обнимашки под луной.

Я чуть не залип, рассматривая шикарную жопу. Но темп наступления замедлять было глупо. Вскоре длинная кофта Милены поднялась выше талии, а трусики упали к ногам.

— Мааарк, остановись, — простонала красотка, вильнув голой задницей. Было ясно, что на самом деле, Милка так не считает, просто включает… себя.

Тогда я шлёпнул красотку по ягодице и четко подметил:

— Все уже началось. Время вводить в бой крупную артиллерию.

Насчет крупной, я малость ошибся. Среднюю артиллерию! Для развития Марка вполне себе мощную, и… нормальную. Это не книга, мать твою, где у всех по полметра. К тому же, Милке хватило.

Она наконец-то забыла, что перед ней (точней сзади нее) простой школьник. Стонала от страсти, развалившись на столе, и двигала задницей так, будто хотела сломать мне кости.

Со стола упали бумаги, пенал с порошком для письма, но было как-то плевать. Я полностью отдался процессу, забыв, где вообще нахожусь.

Как потом оказалось, началась перемена. А мы все ещё «продолжали урок». Вдруг в кабинет постучали, да так, что у меня сердце чуть не упало… и не только оно.

— Боже, нас увидят. Мы не должны, — простонала Милена.

Она хотела разогнуться, но я не позволил.

— Не парься… красота. Не у всех такие глаза, как у тебя, — выпалил, успокаивая подругу шлепками.

— Госпожа Милена! Госпожа Милена, я принесла задание по магическому ориентированию, как вы просили! — прозвенел за дверью девичий голос.

— Нет! Это Смирнова. Что мне сказать? — чуть не плача завопила Милена.

— Не парься, я все улажу, — отозвался, не прерывая процесс.

— Эй, крошка! Милена сейчас занята! — заорал на весь кабинет.

— Марк! Стой! Ты… о нееет, — завопила женщина, но было уже слишком поздно.

— Что? — закричала Смирнова. — Кто там ещё? Где госпожа Милена?

— Здесь, она раком стоит. Я ее на столе трахаю, — проорал в ответ.

— Марк! Я тебя убью нахер! — тихо прохрипела училка.

— Не гони. В школе учат говорить правду, не так ли.

Милена разогнулась и освободилась от моих рук. В тот момент, показалось, что «бой» предстоит завершать врукопашную.