Электронная книга - «История любви (СИ)». Краткое содержание книги:
— Ой, — произнёс врач, поднимаясь с лежащего под ним солдата. — Сэй?! — немного растерянно, с чувствующимися нотками удивления в тоне, воскликнул мех, поднимая удивлённую оптику на стоящую перед ним фемботку.
— Угу, — хмыкнула фемка, не сводя глаз с Нокаута.
— К-хе, — несколько серьёзно кашлянул медик, поднимаясь с холодного пола и отряхивая свою немного испачканную броню. — Вы можете быть свободны. Идите! — командирским тоном, пытаясь выглядеть как можно серьёзнее, произнёс врач, обводя вехиконов быстрым взглядом.
— Но, сэр… — попытался объясниться один из солдат, однако Нокаут, отмахнувшись от него манипулятором, не принимая его объяснений, повысил голос.
— Я сказал — можете быть свободны, — с более грозным тоном в голосе, сердито нахмурившись, сухо произнёс красный мех.
Близнецы, переглянувшись, послушались приказа старшего по званию и, отдав медику честь, развернулись, направившись вглубь глухого коридора. Как только они исчезли из виду, Сэй, подняв погрустневшую оптику и издав сдавленный вздох, взглянула на Нокаута. Он был чуть ободран, кое-где проступал энергон из глубокой царапины на корпусе, полученной при неловком лазании в тёмном помещении спасательной капсулы; весь корпус залит хладагентом, стекающим по гладкой броне. Она мило улыбнулась, но тут же опустила голову.
— Ну вот и всё, — тихо прошептала фемка, глядя в серо-дымчатый пол. — Мне было очень приятно с тобой находиться, но… Но, похоже… это конец, Нокаут, — она чуть подёрнула плечами, не в силах поднять на меха взгляд.
— Сэй! Да что ты такое говоришь! — недоумевающе воскликнул дес, дивясь, куда же подевался тот огненный норов автоботки, и обхватив фемку за плечи. — Это ещё не конец!
— Нет, конец, — столь же тихо прошептала ботка. — Не обманывай себя.
— Не-е-ет! Я тебя никому не отдам! Я ведь обещал! — отрицательно замотав головой, десептикон крепко прижал маленький корпус к своей груди, заключая фемку в объятья.
— И что же? — тихо произнесла Сэй, прижатая к груди Нокаута. — Будешь меня как турболису под платформой держать, пряча ото всех?
— Да хоть бы и так! — выкрикнул медик, сильнее прижимая фемку к груди. — Пойми же… — Нокаут прижался к холодной стене, зажимая ботку в тёмный переходный угол. — Я… Я… тебя люблю.
С этими словами Нокаут медленно, неуверенно потянулся к фейсплейту фемочки, замерев на миг и стоя в замешательстве, а затем, прикрыв пылающую алым огнём оптику, резко нагнувшись, поцеловал Сэй в губы. Поцелуй был долгим и нежным. Ласково сминая фемковские губы, Нокаут, зажмурив красные окуляры, боялся холодного восприятия всего этого со стороны Сэй. Но медик внезапно уловил, что фембот отвечает на его чувства. Робко и неуверенно, но отвечает! По корпусу медика прошла волна облегчения.
Отрываясь от поцелуя с обнимающим её талию Нокаутом, Сэй, повернув голову в сторону и прижимаясь ею к холодной металлической стене, подставила под нежные ласки десептикона шею, блаженно прикрыв сияющую в потёмках синим свечением оптику. Её руки всё ещё были скованы магнитными наручниками, не дававшими большой свободы в движениях. Покрывая стройную шею фемки нежными поцелуями, Нокаут, потихоньку спускаясь манипуляторами по изгибам корпуса, дошёл до скованных манипуляторов Сэй. Активировав в правой руке засвистевшую дребезжащим скрежетом дрель, медик, приподняв в воздух лёгонький корпус фемочки и прислонив её спиной к стенке, а сам прижимаясь к ней стальным корпусом, легко рассверлил замок и освободил скованные манипуляторы.
Когда запястья были избавлены от оков, Сэй легко обвила нежными объятьями манипуляторов шею Нокаута, обхватывая цепкими ногами бёдра медика и полностью повиснув на нём, прижимаясь спиной к стене и отдаваясь нежных ласкам манипуляторов медкона. Нокаут, ласково водя ладонями по броне ботки, нежно касался губами её шеи, утыкаясь напоследок в слуховой датчик фемки. Поднявшись чуть выше, медик начал целовать фемочку за торчащими антеннками, подрагивающими от приятных ощущений. Продолжая нежные действия, Нокаут нащупал вслепую манипулятором панель управления и легонько нажал на неё пальцами, открывая запертую под ними дверь и вваливаясь в пустой отсек в обнимку с повисшей на нём с ногами Сэй.
Все эти нежные, ласковые действия между десептиконом и фемкой непрерывно отражались на чуть мельтешащем рябью экране безликого разведчика, имеющего прославленную репутацию «глаз и ушей десептиконов».
— Как интересно, — со злобно ухмыляющимся выражением лица, всматриваясь кроваво-красной оптикой в мигающий экран-фейсплейт своего самого верного и преданного подчинённого, пропел глава десептиконов, не снимая скалящейся улыбочки с покрытой боевыми шрамами лицевой пластины…
Ввалившись в еле освещаемый несколькими прожекторами отсек, Нокаут, идя в обнимку с повисшей на руках Сэй, добрался до озаряемой блёклым светом платформы, падая на неё вместе с фемкой. Лежа сверху на прикрывшей синюю оптику ботке, медик не переставал ласкать манипуляторами её корпус. От приятных ощущений, распространяющихся по всему стальному корпусу, фембот тихонько издавала сдавленные звуки, идущие из трепещущего голосового модуля. Покрывая нежно-голубую сталь ласковыми поцелуями, врач совершенно забылся, уходя в мир таинственных грёз.
Прошло какое-то время, в течение которого два влюблённых меха, лёжа в обнимку, заключив друг друга в нежные объятья, тихо лежали, наслаждаясь прекрасным моментов любовных чувств. Нокаут бережно прижимал Сэй к своей груди, плавно скользя губами по щеке фембота.
— Останься со мной, — тихо прошептал умиротворённый медик, поглаживая отдающую нежными металлическими переливами стальную броню фемки.
— Не могу, — горестно вздохнула автоботка, сильнее прижимаясь к красной броне меха. — Как же жестока судьба…
Они оба понимали, что стоят в тупике, что у них нет выбора. Автоботку бы ни за что не приняли в десептиконской коалиции, а вражеского доктора ни в жизни бы не признали автоботы. Шла жестокая война, а между её пылающими в раздорах сторонами находились две крохотные по сравнению со вселенной, бьющиеся от любовных чувств Искры.
Из такой ситуации медик видел лишь один путь отступления. Он крепче прижал к своей груди любимую, зажмуривая грустно мигающую оптику, и тихо произнёс:
— Уходи, Сэй.
Немного удивлённая произнесённой мехом фразой, фемка бросила на него изумлённый взгляд помигивающих окуляров.
— Ты… Ты… меня отпускаешь?..
Да… — с горестью в тоне произнёс врач, заглядывая пылающей красным огнём оптикой в изумлённые окуляры автоботки. — Пойми, Сэй, я тебя никому не отдам, и поэтому я тебя отпускаю.
Фемка, обхватив руками трепещущий мелкой дрожью корпус меха, немигающим взглядом уставилась на десептикона, чьи губы чуть подрагивали от смешанных эмоций.
— На этой планете скрывается немногочисленный отряд твоих соотечественников. Я очень надеюсь, что тебе удастся их найти… — он замолчал, печально опуская помутневший взгляд. Нокаут понимал, что должен поступить правильно, и действовал так, как считал нужным. Долго оставаться на вражеском корабле Сэй не могла, поэтому нужно было что-то срочно делать.
— Спасибо… — внезапно послышался тихий, наполненный скорбью голосок. Прикрывший глаза медик вдруг ощутил нежное прикосновение брони фемки, прижавшейся к его корпусу, заключая в благодарные объятья. Находясь в таком состоянии пару мгновений, влюблённая парочка хотела, чтобы эти минуты их счастья никогда не закончились, но нужно было спешить. Если не поторопиться, то десептиконы что-то заподозрят.
Спустившись с металлической поверхности платформы, два меха мелкими шажками выбрались из отсека. Прикрывая фемку своим телом, медик осторожно продвигался по плохо освещённому коридору корабля, проверяя, свободен ли путь. Как можно быстрее достигнув нужной лаборатории, минуя посты охраны, Нокаут, заблокировав дверь, добрался до центра управления земным мостом. Быстро щёлкая коготками по клавиатуре панели, медик, уставившись в монитор, загружал координаты назначения. Через долю секунды посреди еле освещенного отсека, ярко вспыхнув и привлекая к себе внимание, стала образовываться красочная воронка, искрящая неописуемо красивыми красками, заливая всё пространство вокруг себя ослепительно ярким светом. Отойдя от рябящего монитора компьютера, Нокаут, еле перебирая ногами, в которых чувствовал ощутимую дрожь, поднял на печально смотрящую в пол фемку грустноватую оптику, подходя вплотную к любимой и нежно прижимая к своей груди начинающую нервно всхлипывать ботку.