Дорис Светлая и тельмарины (СИ)

— Встаньте Короли и Королевы Нарнии, — Певенси встали с колен, а на земле остались лишь Каспиан и Дорис, — Каспиан.

Юноша поднял голову и встревоженно огляделся. Он не знал, как ему поступить.

— Не думаю, что я готов, — выразил свои мысли принц.

— Отлично, — ответил ему Лев, — если бы ты чувствовал себя достойным, это было бы доказательством того, что ты не подходишь. Итак, под нами и под Верховным Королем, ты будешь королем Нарнии, Лордом Кэр-Паравела и Императором Одиноких Островов. Ты и твои наследники, пока твой род будет продолжаться.

Каспиан медленно поднялся с кален, смотря на Дар. Он не понимал, почему главный советник Королей и Королев, даже самого Аслана, до сих пор стоит на коленях.

— О чём ты думаешь, дитя моё? — лукаво спросил Аслан, смотря напоникшую голову Дар.

— О том, что я отвыкла стоять на коленях, — тихо ответила Светлая, поднимая голову. Она не впервой смотрела в умные глаза Льва и удивлялась, сколько же знаний и мудрости он хранит.

Правители хмыкнули, неловко переминаясь с ноги на ноги. Атмосферабыла напряжённая, все ждали развязки.

— Ты проспала тысячу лет, позволила тельмаринам захватить Нарнию. А потом сама же её и отвоевала обратно.

— Я сделала это не одна, без Великих Правителей у меня бы ничего не получилось.

На словосочетании «Великие Правители» Дорис вопросительно посмотрела на Питера, который всегда просил, чтобы она относилась к ним почтительней. Король улыбнулся и кивнул, пытаясь запечатлеть глазами этот разовый момент.

— Я рад, что твоё сомнение на счёт сыновей Адама и дочерей Евы изменилось. К некоторым даже очень.

Против воли Светлой е щёки вновь вспыхнули, но с новой силой. Эдмунд заметил взгляд Питера и отвернулся, делая вид, что разглядывает реку. Ему стало неловко от всей этой ситуации, особенно от того, что на это намекнул именно Аслан.

— Встань с колен, Хранительница Нарнии.

Дорис облегчённо выдохнула и встала на ровне с Правителями, гордясь своим новым званием. Она шла к этому очень долго. Не успела Дар произнести слова благодарности, как лев уже переключился на другую ситуацию. Позади пятерых начала звучать тихая мелодия дудочек.

В этот момент показалась маленькая процессия — несколько мышей, некоторые из которых несли что-то на носилках, сделанных из веток. Один из мышей играл на маленькой трубе грустную мелодию. На носилках лежал сильно раненый Рипичип. Его глаза были закрыты, а грудь от дыхание почти не поднималась.

Люси дождалась, когда мыши опустят носилки на каменистый берег, и подбежала к нему. Быстро вынула из кармана волшебное зелье — его ей подарил Санта, на первое прибытие в Нарнию — и капнула его раскрытый рот мыши. Рипичип почти сразу вздохнул и раскрыл глаза.

— Спасибо, Ваше Величество. — поднимаясь на лапки отблагодарил мыш. Увидев Льва, он тут же приклонил голову. — О, Великий Аслан, для меня высочайшая честь, ой!

Лишь низко кланяясь Рипичип увидел свою проблему. От его длинного хвоста остался лишь обрубок. Он несколько раз заглянул через плечо, что вновь и вновь убедиться в ужасной правде.

— Я поражен, — сказал Рипичип Аслану, — я совершенно вне себя. Я должен просить вашего снисхождения, ибо очутился в столь неподобающем виде.

— Быть может ещё капельку, Ваше Величество? — он поклонился Люси.

— Не думаю, что это поможет тебе, — ответила за Люси Дар, не сдерживая улыбки. Замешательство храброго мыша забавляло её.

— Мы даже не пробовали, — спорил Рипичип, повернувшись к хранительнице. В ответ он лишь услышал добрый смех Аслана.

— Это тебе к лицу, малыш, — заметил Аслан.

— Все равно, я должен с прискорбием удалиться, ибо хвост — это честь и слава мышей, — ответил Рипичип.

Дар услышала тихий смешок Эда со стороны и повернулась к нему. Встретившись взглядами, они тут же отвернулись друг от друга, почувствовав неловкость.

— Не слишком ли много ты думаешь о своей чести?

— Ну, это не только честь, — неуверенно начал мыш, оглядываясь на Правителей и Дар в поисках подмоги, — он и для равновесия, чтоб лазить, и цепляться…

— С дозволения Вашего Величества, — перебил Рипичипа другой мыш, — мы все собираемся отрезать свои хвосты, если наш командир должен остаться без хвоста. Мы не вынесем стыда ношения чести, в которой отказано нашему главе.

В подтверждение слов, мыши поднесли шпаги к своим хвостам.

— Не ради твоей чести, — уступил Аслан, — но ради любви между тобой и твоим народом и еще больше ради той услуги, которую твой народ оказал мне давным-давно, когда перегрыз верёвки, которыми я был связан на Каменном Столе, у тебя снова будет хвост. — И раньше, чем Аслан закончил говорить, новый хвост появился на том же месте.

Рипичип радостно запрыгал на месте, обхватив новый хвост лапками.

— Спасибо, Государь. Я буду его беречь.

— Где же тот маленький друг, о котором я столько слышал? — оставив мышей радоваться за вожака, спросил Лев, обращаясь к Люси.

Все повернулись в ту сторону, где Трумпкин должен принимать орудие у тельмаринов. Гном почувствовал настойчивые взгляды в его спину и неохотно повернулся. Увидев, кто ждал его, рыжебородый стыдливо приклонил голову и сделал шаг навстречу.