Мой идеальный монстр

— Давно не виделись, Лана. — Художница вздрагивает, резко разворачиваясь. По тому, как расширяются ее зрачки, понимаю — она даже не может скрыть ужаса, который сулит ей наша встреча. Хватает ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Рыба моей мечты. Забавное зрелище. Наконец, выдавливает из себя.

— Что ты здесь делаешь? Это какой-то розыгрыш? — я уже и забыл, как звонко и по-детски чисто звучит ее голосок.

— Я здесь живу, глупенькая! А вот ты сегодня подписала контракт с моим дизайнером, и будешь наведываться ко мне теперь довольно часто. Припоминаешь? — щеки девушки вспыхивают, она непроизвольно облизывает пересохшие губки. Вряд ли делает это с целью соблазна, но получается чувственно.

Её от природы пухлые губы всегда оказывали на меня какое-то гипнотическое влияние. Захотелось искусать их, оставляя на всём теле художницы свои отметины, как когда-то давно она оставила привкус крови на моих губах, и тонкий, но весьма болезненный шрам на сердце.

— Это исключено, даже не надейся! — подбоченившись, занимает оборонительную позицию. Смешная. — Я завтра же поговорю с Лорел!

— Ты вообще читала то, что подписываешь? Видела размер неустойки, в случае не соблюдения тобой хоть одного пункта договора? Думаю, эта информация сподвигнет тебя нарисовать мой портрет в кратчайшие сроки. Пойдём, я покажу тебе дом, и приступим к работе! — приближаюсь к моей гостье, не разрывая зрительного контакта.

— Ты в своём уме? Забыл, как пытался меня изнасиловать??? Ты всерьёз думаешь, что я буду что-то тебе рисовать? — она отшатнулась, заламывая руки, и, глазами, расширенными от ужаса, уставилась на меня.

— Лана, когда же ты поймёшь, что спорить со мной бесполезно? Поверь, тот эпизод семилетней давности покажется тебе безобидной шуткой, по сравнению с тем, что я сделаю с тобой сейчас, в случае отказа. — Я говорю спокойным ровным голосом, размеренно постукивая ногой по паркету.

Тук-тук-тук. Разносится гулким эхом по особняку. Возвращаю свой взгляд к ее миловидному лицу, отмечая про себя, как сильно она похорошела за эти годы. Глаза девушки блестят, как будто в них накапали глицерина. Она не может скрыть свой страх. Приятно производить на кого-то столь сильное впечатление, пусть и в негативном контексте. Порой страх возбуждает сильнее, чем банальная радость.

— Ты все просчитал, так? — она уже говорит спокойнее, как будто осознавая, наконец, своё положение. — Хорошо, я нарисую твой портрет, — делает паузу, — и ты навсегда исчезнешь из моей жизни. Навсегда, слышишь? Понимаешь, что это значит? — Лана выпрямляется и смотрит на меня чуть ли не с вызовом. Блаженное чувство азарта разливается по моим венам, как когда стрелочка на спидометре переваливает за отметку 160…

— Ну, разумеется. Ты думаешь, мне нужно от тебя что-то кроме портрета? Давай уже не будем терять время… — я подталкиваю её за локоть и мы направляемся в комнату, предназначенную для рисования.