Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3
- Автор: Кристи Агата
- Серия: Агата Кристи в трех томах #3
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Перевод коллективный
- Жанр: Классические детективы
Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения.
Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
Блор вытирал лицо платком. Только судья Уоргрейв и мисс Брент сохраняли спокойствие. Эмили Брент — прямая, как палка, высоко держала голову. Лишь на щеках ее горели темные пятна румянца. Судья сидел в своей обычной позе — голова его ушла в плечи, рукой он почесывал ухо. Но глаза его, живые и проницательные, настороженно шныряли по комнате.
И снова первым опомнился Ломбард. Пока Армстронг занимался миссис Роджерс, Ломбард взял инициативу в свои руки:
— Мне показалось, что голос шел из этой комнаты.
— Но кто бы это мог быть? — вырвалось у Веры. — Кто? Ясно, что ни один из нас говорить не мог.
Ломбард, как и судья, медленно обвел глазами комнату. Взгляд его задержался было на открытом окне, но он тут же решительно покачал головой. Внезапно его глаза сверкнули. Он кинулся к двери у камина, ведущей в соседнюю комнату. Стремительно распахнул ее, ворвался туда.
— Ну, конечно, так оно и есть, — донесся до них его голос.
Остальные поспешили за ним. Лишь мисс Брент не поддалась общему порыву и осталась на месте.
К общей с гостиной стене смежной комнаты был придвинут столик. На нем стоял старомодный граммофон — его раструб упирался в стену. Ломбард отодвинул граммофон, и все увидели несколько едва заметных дырочек в стене, очевидно, просверленных тонким сверлом.
Он завел граммофон, поставил иглу на пластинку, и они снова услышали:
«Вам предъявляются следующие обвинения».
— Выключите! Немедленно выключите, — закричала Вера, — Какой ужас!
Ломбард поспешил выполнить ее просьбу. Доктор Армстронг с облегчением вздохнул.
— Я полагаю, что это была глупая и злая шутка, — сказал он.
— Вы думаете, что это шутка? — тихо, но внушительно спросил его судья Уоргрейв.
— А как по-вашему? — уставился на него доктор.
— В настоящее время я не берусь высказаться по этому вопросу, — сказал судья, в задумчивости поглаживая верхнюю губу.
— Послушайте, вы забыли об одном, — прервал их Антони Марстон. — Кто, шут его дери, мог завести граммофон и поставить пластинку?
— Вы правы, — пробормотал Уоргрейв. — Это следует выяснить.
Он двинулся обратно в гостиную. Остальные последовали за ним.
Тут в дверях появился Роджерс со стаканом коньяка в руках. Мисс Брент склонилась над стонущей миссис Роджерс. Роджерс ловко вклинился между женщинами:
— С вашего разрешения, мэм, я поговорю с женой.
Этель, послушай, Этель, не бойся. Ничего страшного не случилось. Ты меня слышишь? Соберись с силами.
Миссис Роджерс дышала тяжело и неровно. Ее глаза, испуганные и настороженные, снова и снова обводили взглядом лица гостей.
— Ну же, Этель. Соберись с силами! — увещевал жену Роджерс.
— Вам сейчас станет лучше, — успокаивал миссис Роджерс доктор Армстронг. — Это была шутка.
— Я потеряла сознание, сэр? — спросила она.
— Да.
— Это все из-за голоса — из-за этого ужасного голоса, можно подумать, он приговор зачитывал. — Лицо ее снова побледнело, веки затрепетали.
— Где же, наконец, коньяк? — раздраженно спросил доктор Армстронг.
Роджерс поставил стакан на маленький столик. Стакан передали доктору, он поднес его задыхающейся миссис Роджерс.
— Выпейте, миссис Роджерс.
Она выпила, поперхнулась, закашлялась. Однако коньяк все же помог — щеки ее порозовели.
— Мне гораздо лучше, — сказала она. — Все вышло до того неожиданно, что я сомлела.
— Еще бы, — прервал ее Роджерс. — Я и сам поднос уронил. Подлые выдумки, от начала и до конца. Интересно бы узнать…
Но тут его прервали. Раздался кашель — деликатный, короткий кашель, однако он мигом остановил бурные излияния дворецкого. Он уставился на судью Уоргрейва — тот снова кашлянул.
— Кто завел граммофон и поставил пластинку? Это были вы, Роджерс? — спросил судья.
— Кабы я знал, что это за пластинка, — оправдывался Роджерс. — Христом Богом клянусь, я ничего не знал, сэр. Кабы знать, разве бы я ее поставил?
— Охотно вам верю, но все же, Роджерс, вам лучше объясниться, — не отступался судья.
Дворецкий утер лицо платком.
— Я выполнял указания, сэр, только и всего, — оправдывался он.
— Чьи указания?
— Мистера Онима.
Судья Уоргрейв сказал:
— Расскажите мне все как можно подробнее. Какие именно указания дал вам мистер Оним?
— Мне приказали поставить пластинку на граммофон, — сказал Роджерс. — Я должен был взять пластинку в ящике, а моя жена завести граммофон в тот момент, когда я буду обносить гостей кофе.