Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— А я, сука-бля, что говорил! Замок и есть, — горделиво обвел взглядом холл фамильного поместья сержант Том. — Ладно, осмотрись тут, а я пока поднимусь к отцу в кабинет, разберусь с документами, — двинулся он к широкой лестнице.

Джилленхол кивнул и продолжил рассматривать богатое убранство поместья, оставшись в одиночестве.

Харди вошел в кабинет мистера Уокена и тяжело вздохнул. Все вещи лежали на тех же местах, где они и были, когда Том находился здесь в последний раз. Будто и не было этих нескольких месяцев, прошедших со смерти Кристофера. В груди у сержанта все сжалось при воспоминании об отце, но это неприятное чувство быстро пропало и сменилось грустной улыбкой на брутально-смазливом лице.

— Пап, я нашел Джейка… Я так, сука-бля, счастлив! Жаль ты его так и не смог увидеть, мне бы очень хотелось, чтобы вы познакомились… — изрек Том, по-хозяйски усевшись в кресло покойного мистера Уокена, хотя вовсе не чувствовал себя здесь, в кабинете, хозяином.

Харди предался воспоминаниям, бездумно рассматривая вещи на столе. Наконец, он решил отложить агонию ностальгии в сторону и сделать то, зачем сюда прибыл. А именно — оформить наследство на замок и прочее родовое имущество. Сержант открыл верхний ящик стола и принялся искать документы.

Но помимо бумажной волокиты, Том преследовал еще одну цель. Именно для этого он и взял с собой Джейка — хотел показать ему свой отчий дом и рассказать о Кристофере, а заодно посредством этого небольшого путешествия помочь брату быстрее влиться в обычный реальный мир.

Найдя нужную папку, Харди сунул ее подмышку и поспешил вниз, дабы предложить Джилленхолу провести экскурсию по поместью, показать музей и сводить в фамильный склеп. После этого Том запланировал поездку в Лондон, где хотел познакомить брата с достопримечательностями и, если повезет, прокатиться на колесе обозрения.

— Джейки! Эй, сука-бля, ты где, пиздюк? — звал Харди, бродя по холлу и всматриваясь в пустоту в надежде найти брата, который словно сквозь землю провалился.

Так прошел час.

— Джейк, сука-бля, ну ты где? — меланхолично орал Том, сидя на диване у камина и все это время обхуяриваясь до беспомощности.

— Томми! — послышался приглушенный скулеж с кухни.

Харди еле перебирая берцами по паркету, поплелся на кухню, откуда доносился звук.

— Помоги мне, Томми, — стонал Джилленхол, сунув голову в духовой шкаф. — Никак не могу дотянуться… Да и не знаю я, как им пользоваться… — пытался нащупать он вентиль включения газа на передней панели.

— Я не понял… Не понял, сука-бля, — охуел хлеще некуда Том, почесав лысину. — Ты что вытворяешь, пиздюк?

Тут из духового шкафа высунулась голова Джейка.

— Томми! Тебе не понять этого! Все это слишком сложно! — принялся завывать он, смочив глаза слюнями. — Этот мир не принимает меня! Я здесь лишний!

— Да что ты такое несешь, Джейки? — начал биться в агонии непонимания Харди. — Все же было нормально! Что на тебя, сука-бля, нашло?

— Нормально? Это по-твоему нормально? — захлопнул Джилленхол духовой шкаф и подскочил к брату вплотную. — Я не понимаю этот мир! Я не знаю здесь ничего! Я чуть не заблудился в аэропорту, когда мы летели сюда! Я даже не понимаю, как пользоваться деньгами и документами! Да что говорить — я не в силах открыть дверцу холодильника!

— Дверцу духовки ты, однако, открыл! — усомнился в адекватности Джейка сержант.

— Это чистая случайность! Я хотел покончить с собой и надышаться газом! — вопил самоубийца из шара, брызжа слюной направо и налево. — И видишь каково совпадение, что именно эту дверку мне и удалось открыть! Да сама судьба мне помогает распрощаться с жизнью! — махал он рукой в сторону газовой плиты.

— Пиздюк, пиздюк! Успокойся, сука-бля! — схватил его за плечи Харди и с силой потряс. — Даже не думай об этом! Я понимаю тебя, как никто! Я был в твоей ситуации… Ну, точнее не совсем в твоей… Короче, я тоже задумывался о суициде, только причины были другие… — говорил он, пытаясь вразумить брата, купившись на его дешевый цирк.

— Правда, Томми? — округлил глаза в синие блюдца Джейк. — И? Как тебе удалось выбраться из этого угнетенного состояния?

— Ну… — поднял глаза к потолку Харди, вспоминая свои пиздюческие годы. — Ну я провел работу над собой, поговорил с отцом… Поставил себе цели, которые давали мне желание жить… — пиздил и не краснел он.

— Нет, Томми! Это все не то! — оттолкнул его от себя Джилленхол. — Я не умаляю твоих проблем, жизнь у тебя была не сладкая, но… Я вообще не понимаю, как жить, у меня все более глобально… Я бы и рад испытать и страдание, и предательство, и все что угодно, но я не понимаю ничего в этой вселенной! Не понимаю ее правил! Так что, выход лишь один… — трагично приставил он ладонь тыльной стороной ко лбу и запрыгнул на столешницу. — Прощай, братишка, мы так мало времени смогли провести вместе, но я больше так не могу… — распахнул он кухонное окно и перебрался на подоконник.

— Неееееет! — заорал Харди как имбицил и полез на окно за Джилленхолом. — Даже не вздумай! Это не выход! Нет! — рычал он, стаскивая брата на пол.

— Но как мне жить? — не унимался артист из шара, с силой прижатый Томом к полу. — Я не понимаю, Томми… Не понимаю… — проскулил он, уставившись пустым взглядом в потолок.

— Сука-бля… Нет, Джейки! Пожалуйста, просто выброси эти мысли из головы! — умолял сержант, взяв брата за щеки и заглядывая ему в глаза. — Я был не до конца честен с тобой, рассказывая о своей попытке самоубийства. Есть еще кое-что, что я сделал тогда… Это помогло мне отвлечься в тот момент…