Айдол-ян. Часть 4. Смерть айдола [СИ]

– Думаешь, – японцы не станут покупать билеты? – повернувшись к ней, спрашивает ХёМин.

Та пожимает в ответ плечами.

– Обвинение в краже несовместимо с образом айдола. – отвечает она. – Айдол – означает «безупречный». Особенно, – если речь идёт о девушке.

– Но суд же признал её невиновной… – слабым голосом произносит БоРам.

– Онни, не делай вид, что не понимаешь. – говорит ей КюРи, подняв голову от планшета. – В Японии достаточно лишь подозрения в несоответствующем поведении, чтобы получить запрет выходить на сцену, а тут даже суд был. И мы там – кореянки.

– БоРам правильно спросила – почему об этом стало известно только сейчас? – говорит ХёМин и обводит всех непонимающим взглядом.

Ответом ей служит молчание.

– А президент СанХён об этом знал? – не получив ответа, задаёт она следующий вопрос.

– Наверное, нет. – отвечает ДжиХён. – Если бы знал, то вряд ли бы её принял.

– Значит, ЮнМи скрыла? – делает логичное заключение ХёМин.

– Выходит, – так. – признаёт ДжиХён.

– И что теперь будет с нами? – продолжает задавать вопросы ХёМин. – Все станут говорить, что у нас в группе была воровка?

– Суд её оправдал. – напоминает БоРам. – Значит она не воровка.

– Вряд ли тебе удастся доказать это хейтерам. – говорит КюРи. – И фанаты будут разочарованы.

– Нас могут начать сильно хейтить. – соглашается с КюРи СонЁн, подключаясь к разговору. – Припомнят, как мы в Японию ездили в то время, когда нация боролась за название моря. Объявят бойкот и начнут собирать подписи за запрет наших выступлений.

Наступает тишина. Девушки прокручивают в головах всё, что им могут припомнить и чем это может обернуться.

– Причём тут наш промоушен? – не желая признавать действительность, продолжает упорствовать в своём непонимании БоРам. – За что бойкот?

– За успех в Японии. – объясняет СонЁн. – И ЮнМи тогда ещё всякого наговорила журналистам. Хороший момент отомстить.

– А в Японии от нас тоже откажутся… – задумчиво произносит ДжиХён. – Где мы тогда будем зарабатывать?

– Мэнбун…[17] – негромко говорит ХёМин.

– Нужно поговорить с ЮнМи. – предлагает БоРам.

– Зачем? – не понимает ДжиХён. – Что разговор изменит?

– Может, это всё-таки неправда? – с надеждой говорит БоРам. – Может, просто хейтеры придумали?

Взгляды всех присутствующих перемещаются на КюРи. Та пожимает плечами.

– Нетизены пишут, что правда. – отвечает она. – Есть такое судебное дело, документы его выложены.

– Каким образом документы судебного дела попали в свободный доступ? – не понимает ХёМин. – Разве это не нарушение закона? Тем более, что ЮнМи – несовершеннолетняя.

– Да, странно. – кивая, соглашается с ней ДжиХён. – Кто мог такое сделать?

– Семья ЧжуВона? – делает предположение СонЁн.

– Почему именно они? – удивляется ДжиХён.

– Просто у них есть для этого возможность. Я вот не смогу так, даже если захочу. А они, наверняка – могут. Поэтому и выложили.