Чёртов Дневник Джилл (СИ)

― Я понятия не имею! Кто-то из наших сказал, что раньше видел её с Марком, так что я даже менеджеру не стала звонить. Мы сразу поехали на место, в тот коттедж.

― Марку машины помнишь? Номера?

― На кой хрен мне было номера запоминать? Тачка крутая, чёрная, только я в марках не секу, спортивная, вроде бы.

― Она была там одна?

― Ещё какой-то тип сидел в машине, глазами меня сверлил, пока она не вернулась.

― Сможешь его описать?

― Если бы такую стрёмную рожу не делал, я бы сказала, что красавчик. Брюнет, глаза светлые, кажется. Эта баба, кстати, тоже красивая была, но неприятная. Так себе парочка, короче. Они мне сразу не понравились, и если бы я доверилась своей интуиции, позвонила бы менеджеру, никто бы там не скопытился и мы бы здесь не торчали…

― А никто и не скопытился, лишь поэтому вам не дали пожизненное.

― Так, стой, а мне что-то будет за этот допрос? Я выложила тебе всё, что знаю! Срок сократить, в камеру получше, не?

― Представь, если выйдешь отсюда завтра. Чем ты займёшься?

Мой вопрос озадачил дамочку: она явно ничем, кроме распространения, не могла заниматься в принципе.

― Ну… Я не знаю, что-нибудь бы нашла… Колледж мне не светит, разве что, официанткой в забегаловке, как раньше, за гроши.

― Если обещаешь подумать над своим поведением, я обещаю подумать над твоим освобождением. Учти, при таком раскладе важен срок твоей работы на барыг и всё, что с этим связано.

― Ясно… ― мрачно ответила она.

― Встретимся через месяц. Ах да, и последний вопрос. Где сейчас Марк? Он успел смыться сразу после того, как расползлись слухи об отравлениях. Но, раз он теперь в федеральном розыске, далеко уйти точно не мог.

― Этого я точно не знаю, ― покачала она головой.

― А если предположить?

― А он узнает, что я могла его сдать?

― Вряд ли, у него будут дела поважнее.

― Он может прятаться в самом отстойном районе города, куда даже полиция не суётся, потому что всем пофиг на это место.

Ну что, допрос увенчался успехом! То ли угрозы подействовали, то ли мы с этой леди оказались на одной волне, и она решила довериться. Теперь главное замолвить за неё словечко и через месяц, возможно, пристроить на более социально значимую работу, чем раздача наркоты.

После допроса я зависла в тюремном кафетерии, переваривая новую информацию. Кошерная тачка, неприятная, но красивая азиатка, симпатичный брюнет со стрёмной рожей…

Чёрт, да это ж не кто иной, как Тоши, мать его, Шон! С чего бы ей самолично доставлять наркотик? Когда она превратилась в доставщика? Бред какой-то. Но, судя по всему, не такой уж… Элайза ведь говорила, что должны были привезти качественный драг, а в итоге… В итоге, Тоши вручила им левую подделку, бог знает, из чего сделанную. И вместе с ней был Шон. И этот пакет отправляли на нашу вечеринку…

После этих мыслей остывший в руке кофе вскипел одновременно с мозгом. Эта тварь хотела нас грохнуть! Эти ДВЕ мрази собирались всех нас уложить! Меня, Уилла, сестрёнку, группу, всех!..

Как только я достану эту ускоглазую стервозину из-под земли, она узнает, какова эта земля на вкус! Не знаю, как, но я до неё доберусь. Теперь даже знаю, через кого.

А теперь пора достать образец «ананаса» у Марка и убедиться, что мелкая барыга не соврала и подслушанные Элайзой слухи ― вовсе не слухи. Очевидно, он продолжал барыжить, но явно не в тех масштабах, что раньше. А чем ещё ему заниматься, коль и связи есть, и поток налажен?

РАЙОН ТРЁХ СОСЕН/ВЕЧЕР:

После сытного завтрака я отправилась в самый отстойный район города, где по два барыги на сто квадратных метров. Главное, сделать вид попроще, изобразить из себя селебрити… Хм, нет, кто из селебрити сюда попрётся? Ладно, типа я заносчивая девочка с района, которую старший дилер попросил достать товара на пробу. Для маскировки всегда вожу с собой разный шмот в багажнике мопеда: старая кожанка, шлюшная мини-юбка, кантри-сапоги… Я ― женщина, а значит, я актриса.

После нескольких переговоров, прихожу к заключению, что «Ананас» здесь не самый востребованный. Как проболтался один из барыг, это из-за цены, плюс о нём ходили «слегка» приукрашенные легенды о долгой и мучительной смерти. Не знаю, скольких я обошла по району, но ни у кого заветных таблеток не оказалось. По завершении опроса я осела в полупустом местном салуне, с закосом под дикий запад. Ну, раз дикий запад, значит, текила.

Несколько человек следили за красноволосой хабалкой с чужого района, рыскавшей в поисках редкого товара, которая остановилась в единственной забегаловке. Осталось дождаться, пока сарафанное радио сделает своё дело, и на меня выйдет тот, у кого этот чёртов Ананас есть.

Сидеть в ожидании пришлось недолго, успела накатить пару рюмок текилы, обсудить зашкварность района с барменшей, оценить уровень мелкого криминала, за которым стоят боссы с соседнего района и держат всех в напряге, потому что не свои и фиг знает, чего от них ожидать. В салун уверенно шагнул типичный местный барыга. Пока он осматривался, барменша шепнула, что «вот этот точно не местный, видела его пару раз, говорят, он полностью отбитый».

― А! Я смотрю, ты не из здешних мест, ― бросил он мне, не здороваясь.

― Ты тоже, ― включилась я в роль.

― Пойдём, потолкуем.