Электронная книга - «Взгляд василиска (СИ)». Краткое содержание книги:
Вампир попытался второй раз, видя, что руки не скованы огнём. Использовал скорость, не доступную обычному человеку и волшебнику, но мальчишка словно предвидел его действия и мгновенно воспылал. Крик боли отрезвил вампира. Он причинил возлюбленному дополнительную боль, когда попробовал атаковать. Лестрейндж не стал жалеть и обжег руки парня.
— НЕ ТРОГАЙ ЕГО!
Грубо впихнув Олли в комнату, Гарри с одышкой подошёл к вампиру. Несмотря на физическую силу, возлюбленный того оказался тяжёлым. Волочь его по полу, да ещё используя стихию огня для защиты, оказалось непросто. Не рухнуть от усталости помогало только действующее зелье и желание докопаться до истины.
Оставалось притащить за шкирку самого вампира, что он и сделал, не самым любезным образом толкнув к дивану. Тот не мог сопротивляться из-за огня. Не используй Гарри его, как щит, вряд ли бы вообще выбрался живым после освобождения вампира. В нем слишком много силы сохранилось, несмотря на полученные пытки. Что не сказать о Гарри — его силы медленно иссякали. Но его хватит еще на несколько минут. Он разговорит кровососущего ублюдка, привязавшего себя к маглу. Пытки возлюбленного точно не вынесет. Невероятно симпатичная коллекция ножей поможет в этом нелёгком труде.
Перед тем, как преступить к допросу, Гарри срезал кусок шторы и завязал им рот парня, смотрящего на него перепуганными глазами. Предстояло много криков, куда более громких, которые могли привлечь ненужное внимание. Хватит и того, что вампир успел порычать.
— Твоих криков я уже наслушался. Слышать ещё одни не желаю, — полоснув коротким движением по руке маггла, Лестрейндж спросил. — Ну что, теперь расскажешь?
Не хотел он прибегать к подобному. Мучить ублюдка, который причинил боль его семье, это одно, но человека, именно человека, не причастного к этому, совершенно другое. Он ведь не виноват в том, что любил мертвеца, который не тому дорогу перешёл.
— Перестань… — в голосе вампира пробилась мольба. Он не мог смотреть на то, как мучают его возлюбленного, как на теле появляются новые раны, как тот мычит от боли и сердце так сильно бьётся от страха… Сковала полная беспомощность. — Он здесь ни при чём…
— Знаю. И расскажи ты мне всё сразу — я бы не стал поднимать на него нож и заставлять его страдать. Но тебе надо было состроить гордеца! — упрекнул Гарри и с жалостью посмотрел на магла. Не было того желания резать, как с вампиром, отрывать куски плоти… Если бы у него был другой выход — он бы воспользовался им. Пытки — не его конёк. В доказательство того, что готов прекратить мучения — Гарри воткнул нож в пол. — Говори уже, зачем вы на нас напали?
Но, черт дери этого кровососа, он молчал! Страдал от вида своего человека, невооружённым глазом видно было, но молчал! Проклятая гильдия живых мертвецов была явно важнее. А может, он был как-то связан обетом молчания. Что усложняло задачу в несколько раз.
— Да что ж мне с тобой делать-то, тварь?! — с досады зарычал Гарри и снова схватился за нож, всаживая острое лезвие в мышцу на руке возлюбленного вампира. Не хватало никаких сил, чтобы сохранять контроль. Нужно быть бездушным, чтобы не расколоться под видом страдающего любимого. — Четвертовать бы тебя за такое! — рыкнул парень, до боли сжимая рукоятку ножа. И вдруг его осенило. Пришедшая в голову идея была поистине мерзкой… и страшно подумать, из каких тёмных глубин души она вышла. Но в данном случае выбора не оставалось. Если и это не расколет вампира — вряд ли поможет что-то ещё.
Пришлось собраться с духом, прежде чем ухватить ухо маггла и начать отрезать его. Отчаянный визг и дёрганье парня выворачивало все в душе Гарри. Это отвратительно… Очки скрывали, как он зажмурился, лишь бы не видеть того, что делали его руки. Хватало и того, что он слышит и чувствует…
— ХВАТИТ! — проревел вампир. От его крика в жилах кровь застывала. Столько неприкрытой боли, ужаса и страдания в одном лишь слове. — Я ВСЁ СКАЖУ, ТОЛЬКО НЕ ТРОГАЙ ЕГО БОЛЬШЕ!
— Так говори! — прикрикнул на него Гарри, почти ощутив облегчение, и отнял нож от несчастного рыдающего человека, что не заслужил таких страданий. Инструмент пыток снова оказался воткнут в пол, в надежде, что больше не придется к нему прикасаться. — Зачем вы напали на нас?! Что за проклятие ты наложил на моего дядю?! НУ!
— Волан-де-морт, ваш тёмный лорд, предлагая союз, желал загнать нас в тесные рамки. Нацепить поводок, как на своих шавок-оборотней, контролируя во всем. Как думаешь, многие ли согласны на подобные перспективы? Он оскорбил нас, сравнил с ничтожествами и ушёл с затаенным обещанием расквитаться с теми, кто не примкнул к нему. Оскорбление, явная угроза нас уничтожить — это и привело к решению ударить первыми. Лишить Волан-де-Морта его главных козырей — лучших и сильнейших Пожирателей смерти.
Не знай Гарри, что крёстный хотел заручиться поддержкой вампиров — испытал бы сильное удивление. Сообщённые вампиром сведения ставили всё на свои места.
«Как кошки, сами себе на уме, могут легко предать» — эти слова, брошенные уничижительно, оказались пророческими. Нападение на последователей — весьма неплохой ход. А значит, многие ещё в опасности.
— Что за проклятие ты наложил на моего дядю?
— Кровавая магия, — сквозь стиснутые зубы ответил Кайл и зажмурился, не в силах смотреть на Олли, которого не уберёг… который страдал по его вине. — Это заклятье медленно отравляет кровь и заставляет жертву медленно сходить с ума от боли. Процесс после двух дней отравления необратим. Снять проклятье сможет лишь тот, в чьих жилах течёт та же кровь, что и у отравленного.
— И как это сделать?
Процесс снятия проклятья вампир описал во всех подробностях, вплоть до заклинания, которое нужно прочесть. Но главное — это переливание крови. Родственника. Отца, матери, родного брата или сестры. Вот только родители у Рудольфуса давно умерли, сестры родной никогда не было, а брат…
Рабастан. Имя, до недавнего времени неизвестное, могло принадлежать родному брату дяди, который мог помочь. Мама точно должна его знать.
Наконец узнав всё, что хотел, Гарри был готов избавиться от вампира. В коллекции ножей имелась неплохая сабля, к которой он направился. Счёт пошёл на секунды. Кайл поднял голову и посмотрел вновь на возлюбленного. Он стал последним, что увидел живой мертвец, сумевший за два века по-настоящему полюбить.
Лестрейндж без промедления отрубил вампиру голову, пока тот не решил вновь оказать сопротивление и выбраться из сковавшего его льда. Повязка на рту заглушила крик ужаса, что вырвался из горла человека.
Отрубленная голова источала отвратительные миазмы, от которых Гарри закашлялся и скривился. Брызги крови на руках и одежде беспредельно воняли, да и просто выглядели отвратительно. Не будь у него привычки к таким зрелищам — точно бы рухнул без памяти.
И хотелось бы на том все закончить, вернуться домой, рассказать, что узнал, спасти как можно скорее дядю… но нет. Ещё осталось незавершённое дело. Избавиться от свидетеля, который, к тому же, своей смертью принесёт пользу.
Гарри не без сожаления смотрел на человека, которого пытал и которого лишил возлюбленного… Гарри едва не поставил себя на место парня, что начал выть от горя и смотреть слезящимися глазами на голову вампира. Несмотря на то, что ему пришлось пострадать из-за несговорчивости вампира, любовь всё равно не была исчерпана.
Гарри видел, что у магла болит не тело, а душа. Сердце, на которое обрушилась страшная мука. Ужасно несправедливо. Устранение свидетеля обретало иные краски. Смерть станет милосердием, после того, что пережил этот человек. Гарри сделает это безболезненно. Совсем скоро.
— Ренн, ко мне, — позвал он надтреснутым голосом.
— Хозяин Гарри, — домовик появился в ту же секунду, склоняясь и не обращая внимание на то, что творилось вокруг. Главное для него — хозяин. Его приказы. Сам же Ренн не смел ничего спрашивать, только подчиняться.
Пламя всегда давалось Гарри намного лучше, чем другие стихии. Огонь заплясал на теле вампира, на диване, и медленно потянулся к другим предметам мебели.
— Перенеси меня и его к нам домой, в ритуальную комнату, — велел Гарри.