Если любишь - солги

Магнетиков интересовало всё до мельчайших деталей — первые впечатления детства, моя жизнь с приёмными родителями, общение с посторонними людьми, подруги, школа, любовные увлечения. О Ральфе они знали — кумушки в Ниде наверняка со вкусом изложили жандармам историю моего падения. Как раз на эту "беседу" заглянул Дитмар и, когда речь зашла о случае в парке, принялся выспрашивать подробности с явным намерением довести меня до истерики. Отчасти ему это удалось, но я вовремя осознала, что не обязана терпеть бессмысленные издевательства, и отказалась отвечать. Евгения пожурила брата — для вида, как мне показалась, а Хельга признала, что "данный аспект произошедшего для дела несущественен".

Когда коснулись моего недолгого пребывания в городском доме Карассисов и причины, вынудившей меня этот дом покинуть, Евгения сочла нужным пояснить:

— Не скрою, Дит получил указание вас очаровать. Влюблённость делает женщину восприимчивой к доводам мужчины, и мы надеялись, что постепенно войдя в курс дела, вы сами захотите нам помочь. Дит должен был поддерживать в вас огонь чувства, не позволяя ему перерасти в пожар. Но как всегда, увлёкся. Знаю, дорогая, вы оскорблены. Но прошу, не держите зла. Мой брат не дурной человек, ему просто не хватает внутреннего стержня.

Я почти готова была услышать, что стержнем и опорой для Дитмара надлежит стать мне, но так далеко Евгения заходить не стала.

Потом были Тамона, Гвидо и мой арест жандармами.

— Кто помог вам бежать? — спросила Хельга. — Не отрицайте, нам известны обстоятельства. А позже вас видели в компании мужчины.

Ответ я подготовила заранее — абсолютно правдивый:

— К поискам источника это отношения не имеет. Если хотите моей добровольной и искренней помощи, не задавайте таких вопросов.

Конечно, они и не подумали отступиться.

— Этот человек связан с теми, кто так долго прятал вас от нашего внимания? — догадалась Хельга. — Верити, поймите, это люди — враги континента. Они не хотят, чтобы "Ночное зеркало" заработало, они стремятся разрушить мир, который мы построили с таким трудом. Неужели вы не хотите найти их и разоблачить? Неужели вам, в конце концов, не интересно, кто за всем этим стоит?

— Очень интересно, — признала я.

— Тогда объясните, как вам удалось выбраться из запертого мобиля.

— Не могу.

— Не можете или не хотите?

— Я не знаю! Не понимаю. Это какая-то магнетическая технология. Ты будто проваливаешься в никуда, а потом вдруг оказываешься совсем в другом месте.

Воздух… Ураган в коконе… Не думать. Не сейчас!

— Сколько их было — тех, кто помог вам бежать?

Я помедлила, прикидывая степень риска.

— Один.

А вот теперь мне надо быть очень, очень осторожной.

— Как его имя?

— Он не сказал.

— Но он должен был объяснить, почему вас освободил. Не верю, что вы не спрашивали.