Воспитанница института для благородных девиц [Ознакомительный фрагмент]

— А откуда он знает Сару? — немного раздражённо спросила я.

— Секретарь больше года работал в посольстве и несколько раз видел первую жену нашего господина, — ответила Кора.

Я живу здесь уже четыре месяца, а знакома только с Дорой, Корой и двумя охранницами у двери. Почему у первой жены настолько больше свободы, что её мог где-то видеть даже секретарь Арнольда?

Тем временем Дора продолжила:

— А ещё через пару минут секретарь поприветствовал и самого нашего господина, который тогда также спешил в купальню и попытался заговорить с ним, но неудачно.

Ага… Что ж, таким образом, даже, если события между мной и Сарой возле бассейна остались покрыты тайной для всех, кроме нас двоих, то было доказано, что она не сделала ни малейшей попытки остановить среднего принца, чтобы он не входил в купальню, где моется вторая жена его брата. А это уже серьёзный проступок для первой жены.

— Что касается попытки отравления, то того, кто подбросил мне яд так и не выявили. Я уже готовилась к худшему… Но, Слава Богам, хозяин подошёл к этому вопросу с другой стороны. Он потрудился побывать во всех местах, где можно было достать этот яд. Его в этих поисках Терен сопровождал, друг моего брата. Оттого подробности знаю. У Терена старшая сестра — повитуха и многих, если не всех, знает в столице и даже за её пределами, кто этим может промышлять. Знахарки, повитухи, травницы, бывает, собираются и делятся опытом, женская медицинская школа опять же только одна в Андарии. Вот… Они нашли знахарку, которая принесла в наше поместье яд тохонки болотной. Она сразу и охотно всё рассказала об этом, не зная про отравление хозяина и не чувствуя за собой никакой вины: «Ваша хозяйка печалилась, что у Вас в подземельях огромные крысы завелись. Срочно потравить надо, пока не расплодились. Вот я самого лучшего, самого сильного крысиного яду ей и продала!». «Пока не расплодились?» — переспросил хозяин. И Терен говорит, что лицо у него страшное стало, что знахарка побледнела и дальше говорила уже не так бойко: «Госпожа просила никому не говорить. Мол, стыдно ей за то, что крысы у вас появились. Но Вам то, хозяину, можно такое рассказать? Это же ваш дом. Госпожа Сара говорила, что уничтожит заразу по-тихому, незаметно, так, что никто ничего не узнает, даже Вы, господин. Денег мне дала, чтобы я про яд молчала».