Электронная книга - «1415. Азенкур. Новая история». Краткое содержание книги:
Французские контрмеры
План BL предусматривал создание отряда тяжелой кавалерии составленного "из хороших людей в количестве не менее 1000 человек" (hommes darmes) под командование Давида, сира де Рамбюра, мастера арбалетчиков.[698] Отряд должен был держаться слева, немного позади второй французской баталии. Его задачей было атаковать английских лучников и сделать все возможное, чтобы разбить их. Как только кавалерия двинется вперед, баталии и фланги также должны были начать свое наступление. Кавалерия достигала английских линий задолго до того, как эти пешие баталии приблизились к ним. Таким образом, функция кавалерийского отряда была параллельна использованию лучников англичанами: кавалерия должна была ослабить англичан таким образом, чтобы это пошло на пользу главным баталиям французских латников. Если бы лучникам не давали стрелять, то французское пешее наступление не было бы подорвано.
Учитывая, что у Генриха было непропорционально большое количество лучников, план был очень разумным, поскольку он повышал уязвимость его латников. Следует предположить, что план был составлен с учетом распределения войск, которыми располагал Генрих. Предположительно, это было обнаружено с помощью шпионажа во время осады и похода. Поскольку армия двигалась в доспехах, наблюдателям было очевидно, что у них было мало латников. Намерение провести кавалерийскую атаку также содержится в плане сражения, приведенном во втором отчете дез Юрсена, хотя в формулировке не упоминаются лучники: "А кавалерия, предназначенная для перелома баталии [bataille] англичан, была адмирала [Клинье де Брабанта] и сенешаля Эно". В первом отчете дез Юрсена, однако, намерение выражено более четко: "было приказано, чтобы кавалерия атаковала английских лучников, чтобы сорвать их стрельбу". Эта кавалерия должна была состоять из Гальве, сира де ла Ферте-Юбера в Сулони, Клинье де Брабанта и Луи де Буабурдона [Босредона].
Все хронисты сообщают нам, что кавалерийская атака против лучников действительно была предпринята. С точки зрения хронологии, она была начата, как и предполагалось планом BL, когда французы готовились к наступлению, или, говоря словами "Gesta", "когда враг был почти готов к атаке". Описания также позволяют предположить, что кавалерия была разделена на две части и сосредоточена на флангах французской армии "как два острых рога", как выразился Тит Ливий, и атаковала лучников с обеих сторон английской армии. Хроники также единодушны в том, что подчеркивают чрезвычайно разрушительный эффект от стрел английских лучников против кавалерии.
Лошади носили некоторую защиту на голове, груди, плечах и крестце, но имели много открытых участков. Также сомнительно, что можно было обучить лошадей справляться со шквальным огнем стрел, поскольку в мирное время было трудно смоделировать это в таких масштабах, как во время войны. С другой стороны, лучники тренировались не только в стрельбе по неподвижным целям, но и по движущимся, например, птицам. В сражении способность поразить цель была наиболее важна в ответ на атаку кавалерии. Поэтому интересно, что в хронике "Brut" после упоминания о попытке кавалерии обойти лучников следует комментарий, что "лучники стреляли в тот день на пари", подразумевая, что цели выбирались. Таким образом, обстрел должен было заставить конницу споткнуться, разбежаться и повернуть назад. Те, кто падал, мешали тем, кто двигался следом. Те, кто поворачивал, продолжали подвергаться шквальному обстрелу стрелами. Хуже того, они наталкивались на наступающих пеших воинов, "сея ужас и смятение среди своих товарищей". В "Chronique de Ruisseauville" вышедшая из-под контроля кавалерия заставляет французский авангард распасться и рассеяться, тем самым позволяя английским латникам прорваться к двигающимся позади. Здесь мы видим еще один способ, с помощью которого лучники помогали латникам выполнять свою задачу.
698
Позже он добавляет: "и в этой баталии половина боевых слуг из всех отрядов будет сидеть на лучших лошадях своих хозяев", что еще раз говорит о том, что этот план был составлен в то время, когда французские силы должны были быть максимально использованы.