Мой Пилигрим

Я хмыкнула:

— И те, и те, смотря с кем приходится дело иметь. Ты к чему клонишь?

— Я видел вас… ну, как бы… в тот день, когда с Арту все случилось. Или не совсем вас.

— С начала и по порядку.

— Мы соседи по дому и по площадке. Меня хозяин раньше отпускает, я потом всегда слышу, как он возвращается после закрытия, — шаги, возня с дверью, на погоду обычно ворчит громко, к теплому же климату привык. А в тот день — нет и нет. Мы не родня и не друзья, но Арту хороший человек, нормально платит, учит, и добрый. Я не смог усидеть дома и не пойти в мастерскую обратно, проверить, не случилось ли чего? У него родни и друзей нет, он не в гостях застрял, и… хоть и страшно, а я тишком, осторожно. Не по открытым участкам, а под окнами, вдоль домов, очень скрытно шел… мало ли. Сумеречный же, и время позднее. В общем… там…

— Что ты увидел? — Помощник после «там» замолк надолго, слова подбирал или сомневался, стоит ли говорить, и я подбодрила: — За чокнутого тебя никто не примет.

— Темно и не близко… там… ты, вроде как, и мужик в черном. Его не видел ни разу, а тебя по косам признал — ниже колена волосы. Он сначала обещал, что с тобой воссоединится — гладил. А потом придушил и башкой к земле, стал проклинать и говорить, что поработит и на коленях ползать заставит. Ведьму в рабыни хочет, так интереснее.

— Фу… парень, косы косами, но это под меня Слуга подделывается…

— Я бы не стал рассказывать, если бы тоже так не понял потом. Обувка другая. А я наши сапожки помню. И еще… ты… она — растеклась черным и в окно ливанула. В наше! Сюда! Я бежать хотел, помощь звать, позвонить откуда-нибудь в службу порядка и медичку вызвать, но понял — не успеет же никто. Дурак — взял и побежал сам спасать. Мужик уже исчез. Но ветер поднялся. До мастерской не добежал — ноги свернули не туда. С третьей попытки дошел — Арту здесь, на полу, в крови лежал. Руки кусками кожи пережаты и замотаны. А когда я выскочил и до подъезда рванул, я знаю, у кого там телефон в доме есть, то уже и тебя увидел…

Помощник посмотрел не на самого Грима, а на его обувь, даже пальцем ткнул:

— Похож на того, первого, тоже черный, тоже худой, но опять — ботинки другие. Я эти помню. В сентябре старик приходил в странном наряде, купил не по своему размеру. Я каждую пару знаю, уверен, хоть чем поклянусь. У первого — не наши. А у тебя — эти. Кто-то прямо как вы в городе есть, только темные.

— Как тебя зовут?

— Ромм.

— Я видел тебя, Ромм, потому и оставил сапожника, зная, что помощь близко и он не умрет. Ты храбрый человек. И сейчас ты помог не только нам, но и всему городу, больше, чем сам можешь понять.

Грим посмотрел на меня:

— Я знаю, кто Безымянный… жаждать воссоединения со Слугами может только их Хозяин, человек, который их изначально породил, взрастил и дал окрепнуть. И о тебе он узнал главное.

— Что я ведьма?.. Грим, а в каком смысле — хозяин? Прям тот самый, который твой?