Да что вы знаете о настоящих принцессах?

— Не в ближайшее время.

— Ну что ж, мне всё больше хочется побеседовать с мистером Хагером, — едва сдерживая досаду, произнес лорд Палмсбери. — Но сперва вернемся в вашу каюту и позаимствуем у нашего спящего друга пистолет.

Вооружившись, посол почувствовал себя увереннее.

— Вниз или наверх? — уточнил доктор, замешкавшись у лестницы.

— Наружу, — протянул лорд, и, заметив недоумевающий взгляд спутника, пояснил: — Начнем с посещения рубки и разговора с капитаном.

С этими словами он толкнул дверь и сделал шаг навстречу ветру, соленым брызгам и гулу. Мужчины поежились.

— Свежо, — пробормотал доктор, зябко потирая руки.

Лорд Палмсбери промолчал, шагнул к фальшборту и дотронулся до планширя. Сумерки значительно сгустились. По правую руку от растерянно озирающихся мужчин, всего в нескольких метрах от них, темнел высокий изгиб кожуха одного из гребных колес. Именно оттуда доносились мерные раскатистые звуки.

— Куда теперь?

Лорд Палмсбери скорее угадал, о чем спрашивает доктор, нежели услышал его. Молча махнул свободной рукой в том направлении, где, как он помнил, находился ближайший трап.

Они шли по главной палубе «Великой Ритании», ниже имелось ещё три — там располагались каюты большей части экипажа, помещения для грузов и машинное отделение. Над главной палубой возвышалась двухъярусная надстройка, первый ярус которой занимали каюты старшего офицерского состава судна и пассажирские каюты премиум-класса. Вторым ярусом шел мостик. Туда и стремился посол. Шагал он размашисто и споро, пытаясь пружинить и покачиваться в одном ритме с волнами, но это плохо у него выходило, и время от времени он сбивался, налетал на неровности и всевозможные выступы. Судя по сдавленным чертыханиям рядом, доктору тоже не слишком удавался шаг в быстром темпе во время качки.

Наконец они добрались до конца надстройки и завернули за угол. Посол сделал по инерции ещё два шага и остановился. В спину ему тотчас же уткнулся доктор, в очередной раз буркнул ругательство и сделал шаг в сторону. Там и замер. На мостик можно было не спешить. У противоположного борта судна возле спасательного шлюпа собрались все те, кого они стремились увидеть, и даже те, о ком они не думали. Капитан судна, мистер Хагер и по несколько подчиненных каждого из них. Общей сложностью на палубе стояло не менее полутора десятка человек.

И было непохоже, что они вечерним морем полюбоваться вышли.

Располагались мужчины двумя группами друг напротив друга. Одна группа теснилась за спиной мистера Хагера, вторая топталась за спиной капитана. Между ними распластался брезент, раньше он, по всей видимости, укрывал шлюп. Ветер шевелил и вздувал пузырями плотную ткань, отчего казалось, что у ног мужчин ползает нечто живое и мерзкое.

— Я приказываю спустить шлюпку на воду, — рычал мистер Хагер. В скудном свете палубных фонарей лицо его было черно от прилившей к нему крови. На лбу и висках выступили веревки вен. Одна рука плетью висела вдоль тела, вторую он воздел вверх и яростно потрясал чем-то зажатым в кулаке.