Прощание с Литинститутом [litres]

– Не бойся, штрафа не выпишут.

– Вот и славненько… Спокойной ночи!

После разговора с Эдиком думать уже ни о чём не хочется. Сбил он меня с размышлений о вечном и высоком. Каждый раз так происходит: только раскатаешь губу, чтобы воспарить в небеса, тотчас вырисовывается какой-нибудь Эдик со своим компьютером…

Поистязаем немного приёмник, вдруг попадётся что-то интересное. Хотя, если говорить правду, по-настоящему интересное, что меня зацепило бы за сердечко, попадается всё реже и реже. Дело не в том, что я почти наизусть знаю своих любимых Моцарта и «Битлс». Их-то я как раз могу слушать в любое время, в любом количестве и при этом всегда находить в них что-то новое и ранее незамеченное не в ущерб вечному и хорошо знакомому. Дело в том, что всегда хочется отыскать что-то созвучное моему сегодняшнему настроению. Пусть оно и не приносило бы стопроцентного душевного комфорта, но хотя бы не давало погрузиться во вселенскую тоску. Это тоже немало, хотя многие мои коллеги могут прекрасно обходиться без подобных иллюзорных вещей до скончания веков.

Прежде, когда я не знал иврита, то, включая радио и вслушиваясь в незнакомые слова, люто завидовал тем, кто понимает и может на этом языке бегло общаться. Эти люди становились для меня как бы обладателями каких-то запредельных тайн, постичь которые мне пока не удаётся, как я ни стараюсь. Со временем, когда я стал понимать больше, расширил словарный запас и научился худо-бедно излагать свою мысль на иврите, передо мной неожиданно открылась странная и не очень приятная картина: нет под луной ничего нового – везде одно и то же. На каком бы языке человек ни общался, мыслит он стандартно, одинаковыми образами и категориями. Пресловутая «ментальность» работает только в каких-то внешних проявлениях, не затрагивая сути. И если человек восточный, в большинстве своём, не шибко горячий поклонник Моцарта и «Битлс», как, впрочем, и я не фанат музыкальных экзерсисов в стиле «мизрахи», то это вовсе не значит, что мы с ним реагируем по-разному на те или иные жизненные раздражители, мешающие существовать и ему, и мне. Но музыка – в ней, наверное, есть всё же что-то объединяющее, способное зацепить твою душу, несмотря ни на что. Как бы только отыскать её, свою музыку, в том неимоверном количестве звуков, что существуют вокруг?