Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
Третий том полного собрания сочинений «Агата Кристи в трёх томах». В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения. Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
— Дайте-ка на всякий случай посмотрю, удобно ли вам.
Он проверил узлы на веревках Бобби, одобрительно кивнул и подошел к Франки. Теперь он покачал головой.
— Как мне справедливо напоминали в юности, пальцы появились раньше вилок — а зубами начали орудовать еще раньше, чем пальцами, — заметил он. — Я вижу, зубы вашего молодого друга изрядно потрудились.
В углу стоял тяжелый со сломанной спинкой стул. Николсон поднял Франки, перенес на стул и крепко к нему привязал.
— Не слишком неудобно, надеюсь? — поинтересовался он. — Ну, да это ненадолго.
Франки обрела дар речи.
— Что вы собираетесь с нами делать? — спросила она.
Николсон прошел к двери и взял свечу.
— Леди Франсез, вы все язвили по поводу того, что я слишком люблю несчастные случаи. Возможно, вы правы. Так или иначе я собираюсь отважиться на еще один несчастный случай.
— Что это значит? — спросил Бобби.
— Что значит? Ну так и быть, скажу. Леди Франсез Деруэнт, сидя за рулем своего автомобиля — ее шофер находится рядом, — ошибается поворотом и едет по заброшенной дороге, которая ведет к открытому карьеру. Автомобиль срывается вниз. Леди Франсез и ее шофер погибают.
После недолгого молчания Бобби сказал:
— Но мы можем и не погибнуть. Иной раз случаются осечки. Как тогда, в Уэльсе.
— М-да, ваша сопротивляемость морфию поистине невероятна и очень, на мой взгляд, огорчительна, — сказал Николсон. — Но на сей раз можете не беспокоиться. Когда ваши тела обнаружат, и вы, и леди Франсез будете наверняка мертвы.
Бобби невольно пробрала дрожь. Тон Николсона был каким-то странным — так, наверное, говорит художник, обдумывающий свой шедевр.
«Все эти его фокусы доставляют ему удовольствие, — мелькнуло в голове у Бобби. — Это несомненно».
Нет уж, он постарается больше не давать Николсону повода для удовольствия.
— Вы совершаете ошибку, — небрежным тоном заметил он. — Особенно в отношении леди Франсез.
— Да, — сказала Франки. — В вашей фальшивке вы написали, чтобы я никому ничего не говорила. Что ж, я сделала только одно исключение. Сказала Роджеру Бассингтон-Ффренчу. Ему все известно. И если со мной что-нибудь случится, он будет знать, чьих это рук дело. Лучше бы вам отпустить нас и побыстрее покинуть Англию.
Николсон заговорил не сразу.
— Блеф… вот как это называется.
Он повернулся к двери.
— А что с вашей женой, мерзавец вы этакий? — крикнул ему вслед Бобби. — Ее вы тоже убили?
— Пока жива, — сказал Николсон. — Правда, не знаю, сколько ей еще осталось. Все зависит от обстоятельств.
Он издевательски отвесил им изящный поклон.
— Au revoir[366], — сказал он. — Чтобы закончить необходимые приготовления, мне потребуется несколько часов. Так что успеете все обсудить. Чтобы не лишить вас этого удовольствия, я не стану затыкать вам рот. Ну что, оценили мое великодушие? А если вздумаете звать на помощь, я вернусь и приму соответствующие меры.
Он ушел и запер за собой дверь.
— Вранье, — сказал Бобби, — Сплошное вранье. Такого просто не может случиться.
Однако сердце его говорило другое: «такое» вот-вот случится — с ним и с Франки.
— В романах спасение приходит в самый последний момент, — сказала Франки, стараясь говорить бодрым голосом, будто на что-то еще надеялась. Но на самом деле она ни на что уже не рассчитывала. А уж если откровенно — она совсем пала духом.
— Нет, это невозможно, — сказал Бобби, словно молил кого-то. — Это просто какое-то наваждение. Да и Николсон какой-то… ну какой-то ненастоящий. Хоть бы и нам кто-нибудь помог в последнюю минуту… но кто бы это мог сделать? Не представляю.
— Ну почему я не сказала Роджеру, — всхлипнула Франки.
— А может, Николсон все-таки поверил твоему, как он говорит, блефу? — осторожно предположил Бобби.
— Едва ли. Уж слишком этот мерзавец умен.
— Для нас-то он точно оказался слишком умен, — хмуро заметил Бобби. — Знаешь что мне кажется самым обидным?
— Нет. Что?
— Что даже теперь, когда нас вот-вот отправят на тот свет, мы так и не выяснили, кто такой Эванс.
— Давай спросим Николсона, — предложила Франки. — Знаешь… последняя воля приговоренных к казни… Он не может нам в этом отказать. Мне тоже было бы обидно — умереть, так ничего и не узнав.
После недолгого молчания Бобби сказал:
— Как по-твоему, нам стоит звать на помощь… это хоть какой-то шанс. Других, похоже, не предвидится.
— Пока погоди, — сказала Франки, — Во-первых, едва ли кто-нибудь нас услышит… он не стал бы так рисковать… а во-вторых, когда вот так сидишь и ждешь, что тебя вот-вот прикончат, так хочется с кем-нибудь поговорить… Бобби, иначе я просто не выдержу… Давай не будем кричать до самой последней минуты. Так… так здорово, что ты рядом и я могу… поговорить с тобой. — Ее голос чуть дрогнул.
