Лепестки в паутине

–Много – это сколько? – словно бы не у разведчика, а для всеобщего размышления, спросил кто-то.

–На нас напало около трёх десятков, – всё-таки ответил эльф. – Принц вытравил ещё столько же.

–Ты можешь пойти в замок, – прервала его девушка (казалось, она не слушала разговора). – Но, если не хочешь…

–Я останусь тут, с вами, – улыбнулся эльф. – Может, будет польза.

–Будет, – подбодрила его Лилия.

Едва девушка закончила, эльфы принялись стирать, доливать воду, поднимать материю над паром (Лилия послала Лизеля в мельничный ангар за новым отрезом – перевязок могло не хватить и сейчас, и позже, и лучше было позаботиться об этом заранее), как вдруг к ним пришёл Финель.

–Лилия, Имирин зовёт тебя к себе, – сказал он.

Девушка пошла с ним через площадь, минуя готовых к выступлению эльфов. Заметив их приближение, и Имирин, и Охтар обернулись.

–Лилия! Как они? – обратился к ней король.

Лилия рассказала. Скорбь о погибшем и раненных отразилась на лице короля; Охтар стал на вид лишь упрямее, и спросил:

–Вы знаете об отрядах принца и младшего капитана?

–Да, нам рассказали.

Охтар, задержав как всегда суровый взгляд на девушке, кивнул и отвернулся.

–Если можно, я пойду обратно, – сказала Лилия Имирину.

–Вам не нужна помощь?

Лилия посмотрела на него. Король сейчас был заметно бледен.

–Нет, – ответила она. – Мы готовы.

В тот миг Имирин увидел в глазах и услышал в голосе дочери истинно волю своего народа, его женского начала. Через года он помнил такие взгляды – жён, подруг, сестёр и дочерей. Они беспрекословно доверяли избранникам своим и защитникам. Буйным, опрометчивым. Доверяли, и не винили за то, что оказались оставлены…