Альфа и Омега [СИ]

Я спохватилась, осознав, что сказала лишнего, но было уже поздно. Впрочем, Медвежонка, кажется, совершенно не смутило и не удивило мое признание.

— Всему свое время, Хана Росс, — рассудительно произнес он. — Время для сражения и для любви, время для мести и для прощения. Братишка Йон тоже пока не видит цельной картины, как и ты. Все откроется, когда придет его час.

— Откуда ты знаешь? — Я наконец не выдержала и задала этот вопрос в лоб. — Ты всегда говоришь загадками, но у меня создается ощущение, что ты видишь и понимаешь куда больше, чем… кто-либо из нас.

Его светлые глаза заискрили смешинками, а сладкий теплый запах усилился, вызывая во мне неконтролируемое желание вдохнуть его поглубже, расслабиться и забыть обо всем.

— Я говорю то, что вижу, и вижу то, что говорю, — проговорил омега, легонько щелкнув меня по носу. — Я не говорю тебе ничего такого, чего бы ты не знала сама. Просто иногда нам легче услышать это от других, чем признать самим. Разве не так, сестренка? — Он, продолжая посмеиваться, закусил пухлую нижнюю губу, а я внезапно подумала, что года через три-четыре этот мальчишка, скорее всего, превратится в невероятно соблазнительного юношу. Из тех, кто сводит с ума в равной степени и женщин, и мужчин, даже сам того не желая. А вкупе с его запахом… Я готова была поставить все сокровища Красной Лилии на кон, что долго он в этом месте не задержится. Таких, как он, обычно подбирали богатые папики — или мамики, — которые потом запирали их где-нибудь в шикарной съемной квартире, заваливали подарками и регулярно потрахивали во всех возможных позах, ощущая себя так, будто сорвали джекпот. Глядя сейчас на Медвежонка, я, кажется, впервые в полной мере ощутила, какое впечатление такие, как мы, производим на альф и не-бестий. Конечно, в себе я никогда подобного не замечала просто потому, что и не стремилась замечать, а вот в нем все казалось каким-то… особенным. Как он смеялся, как наклонял голову, как поглаживал пальцами мое предплечье с ленточкой метки на нем, как просто без движения лежал рядом. Его феромоны не действовали на меня в полной мере, и я не ощущала к нему сексуального влечения, но и без этого я должна была признаться себе в том, что была очарована им. И более того — что мне безмерно хорошо рядом с ним. Не так, как с Йоном, без всех этих эмоциональных качелей, драм и вспышек желания или ревности. Может быть, Медвежонок напоминал мне брата — ту счастливую детскую пору наших отношений, когда мы еще не подозревали, как сильно отличаемся друг от друга. В конце концов, у бестий все строится на этих связях — сперва с близнецами, затем с партнерами. И любые наши попытки выстроить отношения сводятся именно к этому — к попытке повторить и возродить то, что было утрачено.