Гимн шпане

Судебный контролер оказался миниатюрной дамочкой, в ботинках с опушкой и в пальто из искусственной кожи с меховой отделкой, хоть и не сразу, но я сумел найти к ней подход, она хмурила лоб, пытаясь понять, что я за фрукт, наконец, видимо, пришла к какому-то выводу и спросила: вы страдаете от алкогольной или наркотической зависимости? Что вы, ничего подобного, говорю, я директор фирмы, никаких расслабляющих и успокаивающих средств не употребляю, и рассказал; что со мной стряслось — о своем стремлении к успеху, злосчастном знакомстве с человеком из Гавра, полицейским, понимаете, мадам, я поверил ему, а когда все закрутилось, назад дороги не было, я был повязан по рукам. Мои слова явно пришлись ей по душе; но она несколько раз возвращалась к своему вопросу: вы точно не пьете, вы точно не употребляете наркотики, это самое главное; а от ошибок никто не застрахован, потом она спросила, как я рисую себе свое будущее, видимо, это была кульминация нашей беседы; конечно, я мог бы сказать этому участливому колобочку, что горю желанием снова надуть какого-нибудь простака или провернуть хитрое дельце, лишь бы зашибить бабки, потому что, несмотря на все неприятности, все сомнения, которые я пережил, именно это стояло первым номером на повестке дня, впереди я видел не так много целей, во всяком случае, стать членом «Врачей без границ» точно не собирался, но вместо всего этого я промямлил: даже не знаю, мадам, я бы очень хотел вернуться в бизнес, готов начать с самых низов, только бы в честной фирме, ведь у меня есть способности — в ту минуту я ощущал себя Алексом из «Заводного апельсина» [67], когда он разговаривает с чуваками из тюрьмы и из кожи вон лезет, чтобы выторговать, поблажки, пресмыкаясь, как угорь. Она задумчиво поскребла нос, пожалуй, такая возможность есть, я замер на месте, преданно глядя ей в лицо и жадно ловя каждое слово, да, мадам, я весь внимание. Она написала на листочке адрес, попробуйте связаться с этой ассоциацией, я лично предупрежу их о вашем визите, вообще-то, первоначально они занимались поиском работы для бывших наркоманов, но результаты были настолько плачевны — впрочем, неудивительно, с таким-то контингентом, — что они решили несколько изменить направление своей деятельности. Ясное дело, наркоманы были для нее худшим злом, хуже арабов. Я ушел, пообещав позвонить туда завтра же.