Наследие проклятой королевы

— Маэстро, — снова закричала Роза, — посмотрите, чему меня мама научила!

Девочка кинула на стол дротики и быстро поставила мишень прямо к монитору.

Профессор только и успел произнести: «Стой», как юная волшебница отбежал и метнула стрелку.

— Нена…! — продолжил он реплику, но замер на полуслове.

Девочка явно промахивалась, но дротики один за другим попадали точно в цель. Они, самым наглым образом летевшие не по баллистической траектории, а словно самонаводящиеся ракеты.

— Как ты это делаешь? — осторожно переспросил Глушков.

— Вот!

Роза с гордостью протянула вещицу профессору. Тот покрутил оперённый дротик в руке, отошёл подальше и тоже метнул. Стрелка попала точно в мишень, не задев остальные крохотные снаряды.

— Ну, конечно же, магия, — с улыбкой произнёс Артём Владимирович, сделал вздох и повернулся к Розе: — Я буду рад, если ты и мне расскажешь, как это ты так хорошо сделала.

— А я их заговорила! — радостно воскликнула юная волшебница.

— И как?

— Сейчас покажу, — ответила Роза, подняла ладонь с один дротиком на уровень лица, зажмурилась и принялась что-то быстро-быстро бормотать.

Профессор глянул на возникшие в дополненной реальности графики сигнатур. Амплитуда не самая большая, но вот количество накладывающихся друг на друга гармоник было очень велико.

— Вот! — произнесла девочка и быстро кинула дротик в мишень. Разумеется, попала, но Глушков всё равно слегка затаил дыхание, боясь, что монитор придётся менять.

— А теперь ещё раз и желательно с пояснениями. А то не знаю, где именно тебя хвалить.

Роза насупилась, думая, что учитель будет ругать, а тот сделал вид, что очень умный и внимательный, хотя ничегошеньки не понял, не будучи магом.

— Я на мишень наложила паутинку школы паука. На узелки — воздушные пружинки, которые притягивают дротик. А ещё я пером поставила маленькие точки синими чернилами, чтоб дротики не попадали друг в друга, а точки связала в лозу, по школе лозы. А ещё на дротики привязала узелки с узелковым письмом, чтоб мишень их узнавала и притягивала. Правда, здорово?

Профессор приложил ладонь, прикрыв пальцами губы. Эти названия ему ничего не говорили.

Роза замерла, ожидая похвалы, а Глушков пытался уловить нить размышлений, и лишь через минуту просиял. Вот она настоящая магия, которую он всё это время искал. Не потоки сил, а органы управления этими потоками. Осталось только разобраться в хитросплетениях.

— Ро-о-оза, девочка моя, — ласково произнёс профессор, присел перед юной волшебницей на корточки осторожно положил руки на её плечи. — Роза, ты юное дарование, если нарисуешь мне волшебство на бумаге, я помогу сделать его ещё лучше, а ещё — дам новые цветные карандаши. Они яркие-яркие…